Ноги подкашивались, но вместо того, чтобы сесть, она пробралась через толпу и поднялась по лестнице к обители настоятеля. Ожидала, что найдёт закрытую дверь, но та была распахнута настежь. На полу остались грязные следы.
Отец Василий сидел на софе, прямо под ликом Христа, и смотрел в потолок. Бледность не думала уходить с его лица - напротив, через ноздри и приоткрытый рот она, казалось, просачивалась внутрь.
Ленка стояла в дверях достаточно долго, прежде, чем отец Василий её заметил.
- У нас был... теологический диспут, - сказал он.
- Маловато времени для диспута.
Отец Василий посмотрел на неё и слабо улыбнулся. Показал на стул, приглашая сесть.
- И тем не менее, я успел выслушать обвинения в опасном своеволии и в том, что увлёк за собой к обрыву целую прорву народу, попытаться отстоять свою точку зрения - по всей видимости, неудачно - накричал на владыку и швырнул свечкой в одного из его прислужников. Вот же старые вороны!
Отец Василий прерывисто вздохнул и сказал:
- Он осудил меня за ересь.
- Помогать всем этим людям - ересь?
- Ересь - это отступать от догматов. Это подрывать истины православной веры. Это намерено искажать основы и свободомыслие в отношении единого Господа нашего, даже если они сопровождаются благими намерениями и ненасилием. Оказывается, лучше оставить человека умирать, чем дать ему ложную надежду и ввергнуть во грех.
Он воздел руки над головой, как будто собрался танцевать некий затейливый танец.
- Получается, ересь - это поиск верного пути в условиях, когда без поиска обойтись невозможно.
- А что хотят святые отцы?
- Святые отцы и его высокопреосвященство, - отец Василий выставил перед собой указательный палец и засмеялся, - хотят повернуть всё вспять. Но поскольку управление временем никак не соотносится с догматами нашей матушки Православной церкви, они собираются пустить всё на самотёк и молиться.
Он вскочил, плюнул себе под ноги, и, будто спохватившись, и растёр плевок ботинком.
- Молитвой и делом можно добиться куда больше, чем просто молитвой. К чёрту, - он сотворил крестное знамение. - Если они хотят отлучить меня от церкви, пусть отлучают, но путь, который я выбрал, правилен он или нет, я должен пройти до конца. Всю жизнь я был немного вольнодумцем. Пришёл к религии сразу и вдруг - через весёлые посиделки с друзьями и подругами в ночных дворах, через рок на гитаре, через журналы «Хочу всё знать» и «Техника - молодёжи». Не было в моей жизни великого потрясения, не было большого горя или столь же большого счастья. Просто однажды меня как обухом по голове ударило... и я понял, чего мне не хватает. С тех пор я иду по этой дороге. Я не смог отказаться от некоторых прежних увлечений, и мне неоднократно этим пеняли, но на первом месте для меня и тогда, и сейчас, остаётся Иисус.
Он повернулся к иконе, которая после страстей, что здесь творились пять минут назад, слегка покосилась.
- Они могут меня отстранить от служения, но вынуть Тебя из моего сердца они не в состоянии. Буду тянуться к Тебе и поведу людей, даже если Ты - сатана и просто маскируешься под благое, потому что идти куда-то гораздо лучше, чем стоять.
Сказав это, отец Василий застыл на добрых две минуты. Бородка его топорщилась, стоящие дыбом волосы походили на волны застывшего пламени. Казалось, воздух пронизан электричеством - а может, так оно и было.
Потом, смахнув слезу, священник посмотрел на Ленку.
- Наши дорогие гости изрядно напугали моих прихожан. Я даже здесь слышу, как сжимаются их сфинктеры. Пойду и прослежу, чтобы жизнь в этих стенах не умерла. А потом мы продолжим нести нашу добрую ересь в массы.
Глава 3. То, что можно исправить.
- Вон они!
- Слава богу... думал, потеряли.
- Как можно потерять то, что не убегает и не прячется? А потеряли б этих, нашли бы других. Вон их сколько... за каждым углом по три десятка.
- Ну Игорь, - укоризненно сказал Боря. - Если не осознаёшь торжественность момента и величие нашей миссии, встань в сторонке и не воняй.
- Лучше и святой отец бы не сказал.
- О, он бы выразился гораздо внушительнее. И яснее для тебя, уж точно.
Близнецы стояли у входа в переулок, держась за руки, похожие на сбежавших из торгового центра манекенов. Вокруг скакала ворона; Игорь думал, что её привлёк находящийся здесь же мусорный бак, однако изменил мнение, когда увидел, как птица взлетела на плечо девочки, и, вцепившись клювом в культю на месте левой руки, оторвала кусочек мяса.
Марат, тощий и очень высокий парень в смешной вязаной шапке, отогнал птицу, которая, усевшись на ближайшем заборе, принялась недовольно каркать.