- Тогда я пасую, буду носить по тебе траур.
Юноша видно принял шутку в серьез, пробормотал:
- Слабое утешение, когда душа стонет в мире теней, а твоя девушка страдает одна.
- Хочешь, чтобы я нашла другого! – Усмехнулась Анюта.
Юный боец пробормотал:
- Не думай, обо мне плохо! Фиван не сволочь, чтобы такую красоту похоронить в монастыре. Ты должна родить детей таких же красивых как сама.
В ответ Анюта поцеловала парня в почти безбородую щеку.
Миновав караулы Мирабела, первая вышла почти в центр вражеского лагеря. Она была в специальных очень мягких сапожках позволяющих двигаться практические бесшумно, а многие девушки за ней и вовсе шли босиком. Мужчины старались схватить их за соблазнительно мерцающие при свете факелов ноги. Те не могли шуметь и терпели жаркие прикосновения.
Мирабела и самые подготовленные девушки принялись аккуратно, словно хирурги снимать часовых. Сама Мирабела отворачивала им головы, подкрадываясь со спины, при этом у нее было такое выражение лица, будто она обнимает и ласкает мужчин.
Арлекинада действовала подобным методом. Дерзко и смело, разрубая солдат.
Угорелые зайцы
При этом она еще метала кинжалы.
Впрочем, возникли проблемы, как всегда их подвела Бронислава. Подозревая со стороны противника подобный ход, воительница усилила караулы. Началась несусветная резня, нападавшие подожгли шатры, вспыхнуло пламя, полетели стрелы. Впрочем, Арлекинада успела разобрать стойла и поджечь траву с заготовленным для животных сеном. Девушка-богатырь действовала с яростным напором. И тысячи коней подняли бучу, особенно когда запылала трава.
Арлекинада громко командовала:
- Не давайте врагу никаких шансов. Руби его и топчи! Стреляйте зажженными стрелами мастодонтам под хвост.
Несколько пришедших с нею мужчин оказалось затоптано толпой, но пострадавших солдат Фиамата угодило под "пресс" несравнимо больше. Особенно из-за того, что у части мастодонтов не были на ночь сняты косы. А это чудовищно: когда туша размерами с мамонта, все выкашивает вокруг себя. Перепиливая людей пополам, или в худшем случае калеча. По всему лагерю закипела настоящая канонада. Перепуганные войска герцога, по-видимому, считали, что на них напали значительные силы. Поэтому многие воины находились в панике. Бежали, прыгали, рубились в слепую, часто друг против друга. Положения спасла Бронислава, перестроившая бесстрашных "барракуд-девок" и, направив их в гущу боя.
Тем временем Анюта атаковала обоз. Там были тысячи пригнанных рабов, в том числе большое количество женщин и подростков. Хотя это была нужная врагу рабсила, мелькая голыми ножками, Анюта крикнула:
- Женщин и детей не трогать! Иначе лично разрублю!
Девушка-терминатор постаралась уничтожить баллисты и катапульты. Некоторые из них были прикрыты отрядами солдат. Анюта врубилась в их строй. Ее парень такой лихой и ловкий, не только любовник, но и воитель, уверено сражался вместе с ней. Началась несусветная резня. Катапульты и баллисты горели, им резали канаты, пытались разобрать, вернее разломать. Всюду валялись тела, очень много трупов, падали люди. Внезапно рванул обоз с порохом, страшный грохот и взрывная волна накрыли солдат, смешав все в кучу. Сбило с ног и Анюту, ударив головней по очаровательной головке. Девушка отключилась, ее голые подошвы получил легки ожоги.
Тем временем Бронислава и товарищи, пользуясь превосходством в силах, оттеснили Мирабелу и Арлекинаду. Понеся потери и убив множество врагов, отважные гиперборейцы спрятались в галереях. Отход прикрывали сами командиры, вместе с наиболее крепкими воинами. Так получилось, что Арлекинада и Бронислава, столкнулись лицом к лицу. Рядом с мускулистыми красавицами падали воины, громоздились целые кучи трупов. Молодые женщины-витязи сражались как шторм и ураган, лед и пламя, две разрушительные стихии. А рядом на землю валились солдатики: парни и девушки, почти сплошь молодые полные сил, только-только начинающие расправлять крылья. Кровь сливалась ручейками, она слегка липла к ногам, затрудняя движения. Похоже, что армия Фиамата дорого заплатила за короткое время стояния на месте. Кони и мастодонты продолжали носиться как угорелые зайцы, ни намека на спокойствие.
Обе девушки
Две женщины дрались на равных. Обе уже имели большой опыт рукопашных схваток, и не могли обмануть друг друга. Они грозные девы, стервы-убийцы не уступали, то сходились, то наоборот разбегались. Едва не сталкиваясь лбами, мечи высекали искры в темноте, даже щербились. Арлекинада попробовала приучить свою противницу к определенной последовательности движений. Потом попыталась обмануть, но противница была начеку и сама точным выпадом "гюрза" слегка распорола щеку.