— Да так, — Фил пожал плечами, — шляемся по разным развалинам, храмам там, кладбищам...
Фил внезапно помрачнел, потирая протез.
— А я говорила, что это была плохая идея, — возразила Сиф.
— Да хера ли я знал, что там психанутое племя психанутой бабы свои трупы хоронит? Там вообще, по виду, захоронения исключительно второй эпохи, их мы и рыли, на кой чёрт нам свежие жмуры? Так нет же...
Он содрогнулся и замолчал.
— Забейте, ребят, — Сиф успокаивающе похлопала его по плечу. Фил согласно кивнул.
— Ладно, давайте к делу. Знаю я одного парня, который промышляет контрабандой праха из Атласа в Мистраль, пилот тоже хороший. Доставит нас быстро и чисто, вопросов задавать не будет.
— Знаешь, довольно странно для наёмника, работающего на Шни, знать, как пройти через границы Атласа.
— Ну... — Сиф слегка поморщилась. Геката закатила глаза, — скажем так, у нас довольно сложная история с местной погранслужбой.
— Меня чуть не загребли за контрабанду наркотиков, — скривился Фил, — думаю, там до сих пор не верят, что тот пакет шмали был исключительно массовой галлюцинацией.
— Чува-а-к, это ж Атлас, — протянул Вин.
— Да я ж понял уже, что не Вакуо. И вообще, мне доктор прописал!
Олби поднял бровь.
— Ну, он мне говорит: "Обезболивающие горстями глотать вы не сможете, попробуйте народные средства.". И помогло же! Мировой мужик, Полендина, я вам говорю...
— Давайте снова к делу, — Олби покачал головой, — делимся на две группы, так? Одна в Атлас, другая остаётся тут.
— Я и Сиф, у Ника и Гекаты дела в городе.
— Хорошо. Тогда едем я и Финис.
— Окей, шеф. Но нам-то что делать? В городе сидеть опасно.
Никто сделал шаг вперёд, опустив на стол лист с доски заказов, висящей перед входом. На ней было изображено создание гримм, больше всего напоминающее помесь страуса, грифа и летучей мыши. Длинные, покрытые пластинами белой брони ноги с острыми когтями оканчивались практически шарообразным туловищем. Крылья были атрофированы, переходя в длинные, худые лапы с изогнутыми когтями, а маленькая голова, большую часть которой занимал острый, бронированный клюв, возвышалась на гибкой, плоской шее. Рядом был нарисован силуэт человека, не доходящий монстру даже до коленного сустава.
— Охота, — сказал Ник, стукнув по изображению. Геката наклонилась ближе, изучая создание гримм и довольно улыбнулась.
— Королевский Преследователь. Мне нравится твой выбор, Ник, — она перевела взгляд на Чейза и Вина, — как насчёт завалить гигантскую и уродливую тварь, мальчики?
Чейз и Вин переглянулись.
— В принципе, неплохая идея. Далеко от города, да и в деревнях вряд ли нас искать будут. Я за, если, награду пополам.
— Значит, определились, — Олби оглядел свой отряд, задумчиво покачал головой и протянул руку Филу.
Фил ухмыльнулся, протягивая в ответ протез.
— Да ладно, народ. Веселее! Что вообще может случится?
Финис замер.
— Ты в курсе, что прямо сейчас судьбу провоцируешь?
— Конечно, — Фил фыркнул, — если судьбу не пинать, то ничего хорошего от неё тебе не перепадёт уж точно.
— Я уже обо всём этом жалею.
Олби коротко рассмеялся.
— Ты говоришь так, будто у нас есть выбор.
* * *
Корабли атласского флота, величественные, непоколебимые суда нависали над крышами Академии, отсвечивая в небе ярким белым цветом корабельной брони. Стройные ряды солдат маршировали по улицам, сопровождаемые мерно чеканящими шаг новейшими андроидами. В воздухе сновали тяжеловооружённые транспортники, держа небеса под прицелами скорострельных пушек. Мощь. Непобедимость. Превосходство.
И всё это было напрасно. Вся мощь, вся сила атласского флота не способна будет остановить того, кто бьёт из тени, кто пользуется ложью и страхом, словно отравленным кинжалом и удавкой. Можно сколь угодно тратить впустую снаряды и ракеты, пуская их в тень, но если не вытащить врага на свет, всё это будет зря.
Сместившись и перехватив трость, директор Озпин позволил себе слегка улыбнуться. В этот раз враг просчитался. В этот раз он оказался лишён укрывающей его тени. В этот раз Синдер Фолл не ударит тайно, прикрывшись завесой изо лжи и иллюзий. В этот раз он будет её ждать. И единственным выходом для неё будет войти в открытое противостояние, в котором будут рисковать не только защитники девы, но и она сама.
— И, как обычно, Джеймс не может обойтись без бахвальства, — с недовольством произнесла Глинда Гудвич, стоящая по его правую руку. Взгляд женщины был прикован к самому крупному кораблю, висящему в небольшом отдалении от города, а руки сложены на груди.