Адам бы не отказался избавиться от эмоций.
Решившись, Адам активировал приложение связи и, набрав короткое сообщение, отключил компьютер. Встав в дверном проёме, он снял с перевязи бутыль с огнесмесью, поджёг спичкой тряпку, чей кончик затыкал горлышко бутылки. Размахнувшись, он кинул её в дальнюю стену.
Там, где бутылка врезалась в стену, расцвёл огненный цветок. Струя раскалённого воздуха ударила Адаму в лицо, заставив прикрыться рукой и сделать шаг назад. Глазам, привыкшим к темноте, было сложно смотреть на бушующее, яркое пламя. Адам отвернулся от него, чувствуя, как устремляется к огню воздух в туннеле. Следовало уходить как можно быстрее, пока он не задохнулся — аура не может защитить от отсутствия воздуха. Лишь продлить страдания.
Его взгляд упал на двоих фавнов, пытающихся растормошить пару дозорных. Пятый, тот, которому он отсёк руку, сидел у стены, прижавшись к ней спиной и смотрел вперёд.
— Сэр! — выкрикнул лис, панически глядя на бушующий в помещении огонь. Из дверного проёма сочились первые язычки чёрного дыма, — помогите нам! Мы же не спасём их! Пожалуйста!
— Помочь? — Адам удивлённо склонил голову. В его груди снова закипел гнев.
Ему не помог никто. Выживет ли лис, чтобы рассказать о его возвращении или умрёт тут, Адаму было всё равно.
Отвернувшись от бойцов, он направился прочь, готовясь возвращаться к Таксону. Его пальцы коснулись красного шарфа.
Адам в бешенстве зарычал. Он обещал Таксону. Он обещал Блейк. И он не ничтожество, что наступает на свои собственные клятвы!
Резко развернувшись, он ухватил двоих бессознательных фавнов за шивороты и рванул их прочь от огня.
— Живее, — процедил Адам, взглянув на фавна-лиса. Закивав, тот ухватил своего товарища и поспешил за ним. Добравшись до перекрёстка, Адам свалил свою ношу на землю.
— Спасибо, сэр, — пропыхтел лис, вытаскивая своего товарища, почти потерявшего сознание. Позади них трещало разгорающееся пламя. Адам недовольно покосился на него, закрывая шарфом нижнюю половину лица.
— Я делаю это не ради тебя, падаль. Передай им мои слова.
Развернувшись, он зашагал по коридору, раздражённо сжимая кулаки. Стоило оставить их гореть. Стоило бы. Но что бы сказала на это Блейк?
***
Его путь назад, к счастью, был лишён каких-либо неприятностей. Оглядев дорогу, освещённую светом голографических фонарей, Адам, удостоверившись, что за ним никто не наблюдает, перемахнул через забор заднего двора Таксона. На его счастье, бедные портовые районы были лишены камер наблюдения, установленных в центре города и в доках практически на каждом углу.
Таксон встретил его в небольшой прихожей, где валялись старые ботинки и одежда, разнообразный хлам и инструменты. Один угол занимала гора старых, потрёпанных газет, комиксов и журналов. Всё это освещала одинокая лампа, висящая на проводе без абажура.
Адам молча протянул Таксону листы с его данными. Приняв их, тот быстро пролистал документы, задумчиво кивая. Дойдя до последнего, Таксон облегчённо улыбнулся.
- Это всё. Спасибо, Адам. Шкуру, считай, спас.
Адам пожал плечами, проходя мимо Таксона в гостиную комнату, и сел на диван. В носу слегка свербило из-за густого, маслянистого дыма. Несмотря на успех, он не ощущал ни триумфа, ни гордости. Лишь усталость и слабую, пульсирующую головную боль. Хотелось выпить. Или уснуть.
Скатав документы в плотный рулон и сунув их в небольшой камин, напротив которого стоял старый, даже не голографический телевизор, Таксон уселся в соседнее кресло, всё ещё широко улыбаясь.
- Я с ними связался, знаешь ли.
Адам снял с рук перчатки и помассировал виски.
- Так называемое «Сопротивление»? - едко поинтересовался он.
- Да. И они готовы тебя выслушать. Так что побереги сарказм.
Опустив руки, Адам покосился на Таксона.
- Я сам решу, что и когда мне беречь, - раздражённо фыркнув, он покачал головой, - месяц назад я был командиром Белого Клыка. Теперь же мне придётся доказывать свою полезность кучке доморощенных борцов с преступностью, - он раздражённо выпрямился, скрестив руки на груди, - какая блестящая перспектива.
- Единственная перспектива, что у тебя осталась, - заметил Таксон, включив телевизор. Диктор - женщина с фиолетовыми волосами, разорялась о возросшем уровне похищений праха, одновременно с этим умудряясь заверять порядочных жителей города что с ними-то уж точно всё будет хорошо.
Адам саркастично фыркнул. Посмотрел бы он, как эта женщина запоёт спустя несколько месяцев.
Приняв это за сомнение в его словах, Таксон удивлённо поинтересовался: