— В таких условиях, я не вижу ни одной причины, чтобы себя не побаловать.
Пользуясь временной передышкой, Мику шагнула ближе к Филу, становясь с ним плечом к плечу. После секундного колебания, Сиенна присоединилась к ним, болезненно прикрывая рукой правый глаз.
— Думаешь, он не лжёт? — тихо прошипела Мику.
— Он прав, — Холодно ответила Сиенна, осторожно отнимая руку от лица. Её правый глаз был покрыт алой сеткой лопнувших капилляров, но всё ещё видел, пусть окрашивая всё в оттенки багрового, — я надеюсь, что у тебя есть план, охотник.
— Да я жить не могу без туза в рукаве.
Фил ухмыльнулся. Затем в его руках появился рупор...
Нет. Сиенна нахмурилась, бросая презрительный взгляд на аппарат в руках охотника, напоминающий помесь рупора и динамика на пистолетной рукояти. Звуковая пушка — средство разгона толпы. Если ты не на линии огня — обычный электрический рупор. Если на линии, если ты фавн, временная глухота и контузии — лучшее что тебя может ждать.
Она стремительно прижала уши к голове. Мику взмахнула посохом, заставляя Тириана рвануть в сторону, уклоняясь от полетевшей к нему полосы праха, замораживающей всё на своём пути. Фил маниакально усмехнулся.
— СПАСИ МЕНЯ, О МОЙ ВЕРНЫЙ ЧЕЛОВЕК-БОГОМОЛ!!!
Попавший под удар звуковой волны в середине своего прыжка, Тириан болезненно выгнулся, мотаясь хвостом и превращая свой стремительный прыжок в падение. Застонав, он пошатнулся, прикладывая руки к ушам и бешено, оскорблённо скалясь. Его аура тускло полыхнула фиолетовым.
Окно над его головой взорвалось облаком осколков, вышибленное ворвавшейся в оконный проём фигурой.
— Мой личный туз, — самодовольно вскинул голову Фил, — вы, кажется, уже знакомы.
* * *
Главный штаб Белого Клыка пылал огнём. Укрепления были разрушены. Фавны были убиты. Уверенность в собственной безопасности, в неприступности стен — разбита, разорвана на множество осколков и кусочков.
Сначала, это стало бы его кошмаром. Позже — мечтой. Теперь?
Старейшина Фингалл не знал, что и думать. Теперь он чувствовал лишь глухое, бессильное раздражение. Если бы Гира не был столь неуверен, столь помешан на мире и всеобщей дружбе. Если бы Хан была осторожнее, если бы не заключила сделку с гримм, с Приватирами, с Моссом и прочими… Если бы он был не таким гордецом...
Она ведь обманула его, Сиенна Хан. Вызвала на бой — дуэль чести.
Отравила. Ослабила. Опозорила.
Он проиграл не равному сопернику. Он проиграл яду, укравшему его победу. Он проиграл девчонке, взявшей хитростью то, что не смогла взять силой. Он проиграл собственной гордыне, в конце концов.
Он мог обвинить её в обмане. Он мог обвинить её в подлоге, отраве, лжи — ей не сошло бы с рук. Но его репутация, его драгоценная репутация — легенды и байки про его подвиги, про то, что он не знал поражений, про то, что был неуязвим - всё это было уже разрушено.
Он мог заявить о лжи и подлоге, но он не смог бы стереть своё поражение. Старейшина Фингалл проиграл схватку — старейшина Фингалл перестал быть той легендой, что был когда-то.
И он ушёл. Он прожил достаточно. Он хотел найти себе подходящее место, сидеть там, в объятьях своего проявления, ожидая смерти. Не получилось.
Фил. Сиф. Геката. На первый взгляд — дети, циничные, иногда распущенные, но всё же дети. На второй — Фил был куда ближе к настоящему охотнику, чем хотел себе признаться. Все они были. Они помогли ему. Они приняли его.
Глупые дети — надо было за ними приглядеть, даже если они не фавны. В конце концов, он может умереть и позднее. Смерть — старая подруга. Рано или поздно — заглянет на огонёк.
А теперь они попросили его вернуться.
— Спаси меня, о мой верный человек-богомол!
Он тяжело вздохнул. Покачал головой.
Ятаган с треском вонзился в деревянную крышу и Аврелий Фингалл сделал шаг вперёд, в пустоту внизу, повисая на тянущемся от рукояти тросе и выбивая находящееся под потолком окно. Ятаган с хрустом вылетел из крыши, не выдержав рывка, но свою задачу он уже выполнил — Фингалл приземлился на ноги посередине обширного зала, стоя между Филом и рванувшимся вперёд охотником со скорпионьим хвостом.
Тириан рывком изменил направление удара, обрушивая жало прямо в лицо новоприбывшему противнику. Тот замер на месте за секунду до атаки.
Жало ударило точно в глазницу и тут же отскочило, словно напоровшись не на мягкую плоть, а на прочнейший камень. Не ожидавший такого, Тириан удивлённо вскрикнул, изгибаясь в воздухе. Удар ятаганами крест накрест отбросил его назад, на спину, заставив болезненно проехаться спиной по камню.