Стоящие в коридоре Приватиры расступились, освобождая дорогу своему командиру. Тот же мрачно оглядел их, отмечая прорехи в рядах своих сторонников, а затем со вздохом покачал головой.
— Первый уровень?
— Чист, сэр, — отрапортовал ему боец с нашивками сержанта, — мы поставили там дежурную смену, они регулярно выходят на связь.
— Хорошо, — он кивнул, потирая ноющее от попадания пули плечо, — готовьтесь, Торчвик безоружен, но не менее опасен.
Сержант кивнул и отошёл в сторону, чуть припадая на левую ногу, пострадавшую при падении на скользкой пене. Другой из Приватиров, в чьих руках был зажат свиток, бросил вопросительный взгляд на командира. После подтверждающего кивка, он поднёс свиток к кодовому замку, расположенному рядом с прочной, бронированной дверью, больше всего похожей на монолитный блок стали. Свиток загудел, моргая светодиодом, а затем, спустя минуту ожидания, издал мелодичный звон. Одновременно с этим, кодовый замок подтверждающе пискнул, меняя цвет лампы на зелёный. Дверь начала плавно подниматься вверх с тихим гудением сервомоторов, открывая тускло освещённую каморку. До неприличия простой санузел, вместо койки - лишь выдвигающаяся из стены панель, сейчас убранная в стену. Не было даже самого простенького стола или тумбочки, отсутствовали даже полки на стенах.
Эмеральд Сюстрей стояла посреди комнаты, близоруко щурясь от яркого света фонарей и непонимающе хмуря брови. Загар частично сошёл с лица девушки, оставляя лишь нездоровую бледность. Вместо привычного топа и коричневых штанов, на ней висел мешковатый комбинезон ярко-оранжевого цвета. Руки были скованы прочными кандалами — цельной пластиной стали, которую с трудом бы смог поднять обычный человек.
Повинуясь короткому жесту, один из бойцов устремился к ней, открывая кандалы при помощи всё того же свитка. Эмеральд напряглась, делая шаг назад, но затем прищурилась, узнавая знакомую форму и облегчённо выдохнула, вытягивая закованные руки. Спустя минуту кандалы упали на пол и она сделала шаг вперёд, выходя из ставшей ненавистной каморки и с презрением смотря на труп охранника, небрежно оттащенный к стене, словно мешок с мусором. Эмеральд потёрла запястья, разминая руки и обернулась к Приватирам.
— Что хочет Синдер?
Командир басовито хмыкнул, снимая со спины и протягивая Эмеральд сумку, в которой угадывалась знакомая тяжесть её парных револьверов.
— Сразу к делу? Хорошо.
Дождавшись, пока она приладит себе на пояс кобуру, он сделал жест рукой, приглашая её следовать за ним.
— На данный момент от тебя мало пользы. Целью нашего отряда было освободить тебя и...
Он сделал паузу, пропуская Эмеральд вперёд, к лестнице, ведущей на уровень выше.
— Подчистить хвосты, — закончил он, указывая рукой на потолок. Эмеральд непонимающе нахмурилась, а затем кивнула.
— Торчвик.
— Именно так, — согласился с ней командир, а затем вдруг непонимающе нахмурился, повышая голос.
— Где третий отряд?! Они должны ждать нас тут!
Их связист поднёс руку к гарнитуре, а затем, спустя несколько секунд, покачал головой. Выругавшись, командир снял с крепления за спиной винтовку, направляя её дуло на ярко освещённый коридор, ведущий к камере Торчвика. Эмеральд перехватила револьверы, с наслаждением чувствуя в руках знакомую тяжесть.
После короткого жеста отряд выдвинулся вперёд. Приватиры шли медленно, оборачиваясь, проверяя каждый угол и держа оружие наготове. В коридоре не было ничего необычного — ни следов от пуль, ни крови, ни трупов — основная схватка шла уровнем ниже. Но также там не было ни следа пропавшего отряда.
Они дошли до той камеры, где был заключён Торчвик и остановились, внимательно осматриваясь по сторонам и оценивая обстановку. Эмеральд и командир Приватиров сделали шаг вперёд, становясь прямо у двери. После небольшой паузы, заполненной щелчками снятых предохранителей и шелестом обнажаемых из ножен клинков, один из бойцов приложил к кодовому замку свиток.
Дверь с такой-же плавностью отворилась, уходя вверх, в паз внутри стены, открывая комнату — более просторную, с настоящей кроватью, душевой кабинкой и даже небольшим столом.
Эмеральд сжала рукояти револьверов, делая непроизвольный шаг назад. Трое пропавших Приватиров были свалены на пол и на кровать, пачкая кровью простыни и пластиковое покрытие. У одного было перерезано горло. Два других погибли от точных, выверенных уколов — в основание черепа и прямо в сердце. На столе камеры белел бумажный квадратик — два улыбающихся лица, на одном из которых была надета шляпа-цилиндр, а над другим был раскрыт зонтик.