— Взлом андроидов произошёл и на территории комплекса — несмотря на то, что это новая модель. Генерал предполагает, что имела место диверсия. Это произошло за час до официального открытия — охрана была отвлечена на сопровождение ВИПов. Предполагался официальный банкет — в первой половине дня, выставка была зарезервирована под высшие чины, о простых гражданских можно не беспокоиться. Одновременно с этим, группы Мосса высадились на полигон с тяжёлой техникой и перебили охрану, андроиды атаковали их в спину. Вся техника отключена от управляющих сетей, им придётся активировать её вручную.
Адам бросил быстрый взгляд на Вайсс — автомобиль, как и многие из машин Атласа был оснащён примитивным автопилотом и поэтому, управление машиной не требовало большого внимания. Лицо Вайсс было едва освещено синеватым, голографическим светом. Плотно сжатые губы, внимательный взгляд, не отрывающийся от изображений с камер, она словно бы не обращала внимания ни на что иное, игнорируя сидящую рядом Руби, сжимающую ей руку. Он выдохнул, прикрывая глаза и вновь поворачиваясь вперёд.
— Насколько известно, все ВИПы пока что в безопасности — во второй зоне было больше живых охранников, чем андроидов. Сейчас ситуация изменилась — их зажали в банкетном зале...
— Блядь! — Коко рекзо ударила рукой по колену, отбрасывая прочь свой собственный свиток. Он, как и остальные, тут же развернулся к ней, встревоженный неожиданной реакцией.
— Моя семья там, — коротко пояснила она, сжимая кулак до белых костяшек, — только что пришло сообщение. Не держала с ними связи — на всякий случай, мой свиток от Шни. Не знала, будут они или нет, но...
— Ну, — сидящая рядом Янг ухмыльнулась, с щелчком выдвигая парные стволы Эмбер Селики, — зато теперь, мы можем не сомневаться в мотивации Адама.
— Заткнись, я... Кх-ха!
Адам закашлялся, с раздражённым шипением натягивая свою маску. Янг переглянулась с Коко и предвкушающе улыбнулась. Девушка лишь скривилась в ответ.
Пара автомобилей приближалась к отвороту, ведущему к выставочному комплексу.
* * *
Богато украшенный банкетный зал был разгромлен — изысканные закуски, бесцеремонно сваленные на пол, массивные столы, перекрывшие просторные окна и сваленные перед дверями, ведущими в глубину здания. Скатерти, гобелены и занавеси были содраны со своих мест, закрывая прозрачные окна. Гости выставки разделились на три группы. Первые — военные, не растерявшие вбитых рефлексов, занимали позиции у входа и у окон, сжимая в руках табельные пистолеты. Немногие сохранили былую форму — одни растолстели, с трудом и одышкой укрываясь за перевёрнутой мебелью. Другие были слишком стары, а третьи и вовсе ни разу не выходили в поле, воспринимая табельное оружие как ещё один аксессуар. Несколько человек в гражданском — в богатых фраках, в вечерних платьях — люди с открытой аурой, укрывались вместе с ними, сжимая в руках самодельное оружие — ножки от стола, бутылки шампанского — всё, что они могли найти. Почти никто из них не был настоящим охотником, почти ни у кого из них не было настоящего оружия. Несколько телохранителей, профессиональных, хладнокровных, но всё же слишком малочисленных для того, чтобы сделать хоть что-то.
Третья и самая многочисленная группа — простые, беззащитные люди. Несколько часов назад они были видными промышленниками или бизнесменами, крупными чиновниками или преуспевающими инвесторами. Прислуга, официанты, простые работники, вполне довольные своим положением. Теперь — перепуганная толпа, укрывающаяся среди остатков былого великолепия и со страхом прислушивающаяся к трескотне перестрелки за дверями банкетного зала.
По двери стукнули — раз, другой, третий, узнаваемым ритмом. Полковник армии — худощавый, седовласый мужчина, взялся за ручку двери, стремительно распахивая её в коридор.
Женщина с пепельно-коричневыми волосами, одетая в стильное вечернее платье кремовых тонов, на секунду замерла в дверном проёме, держа в руках пистолет и делая два чётких, резких выстрела. Своей свободной рукой она поддерживала раненного сотрудника охраны с пустой кобурой на бедре. Она шагнула внутрь, избегая ответного огня и пригибаясь, передавая раненного в руки одного из армейских чинов. Двери захлопнулись, отсекая звуки автоматического огня и выкрики немногочисленных защитников.