Глинда опустила взгляд вниз, отмечая многочисленные пулемёты и автопушки и кивнула.
— Я подам вам сигнал. Эрик, готовьтесь, это касается и вас.
Повинуясь её жесту, тяжёлый камень — высотой в человеческий рост, что висел в воздухе рядом с ней, сорвался с места и обрушился вниз, прямо на позиции Отступников. Он врезался в один из багги, опрокидывая искорёженную машину на землю и грохнул об мостовую, выбивая землю из-под ног обороняющихся и осыпая их острыми осколками и каменной крошкой. Фавны смешались — почти половина автопушек и пулемётов прекратила стрельбу, чтобы спустя считанные секунды навестись на Глинду. Повинуясь ещё одному жесту, между ней и градом снарядов сформировалась каменная стена, принявшая на себя основной удар и брызнувшая осколками от попаданий. Глинда прищурилась, наблюдая за тем, как трескается и крошится камень.
— У меня не так много времени.
Мелкие камни — те, что не были использованы для защиты, замерли в воздухе и ринулись в сторону Отступников, заставляя фавнов искать укрытия. Некоторые из них попадали, сражённые прямыми попаданиями и осколками. Интенсивность огня спала — спустя считанные секунды она возобновится вновь.
Парящая перед Глиндой каменная стена вдруг взорвалась, разламываясь на сотни отдельных обломков. Ударная волна толкнула преподавательницу академии в грудь, сбрасывая её с каменной платформы в воздух. Ахнув от неожиданности, Глинда коротко взмахнула рукой, направляя осколки вокруг себя и сливая их в новую платформу. Она поднялась на ноги и пошатнулась вновь — шальная пуля ударила её в грудь, заставив ауру тускло вспыхнуть, гася энергию удара.
Стена разрушенного дома — то, что от неё осталось после столкновения, вдруг вспучилась, обрушиваясь на двух ближайших Отступников. Свет ярких фонарей, установленных на кабине пилота оставлял видимые полосы, проходя сквозь витающую в воздухе пыль. Коренастый, покрытый прочной бронёй мех сделал шаг вперёд. Его корпус был покрыт пылью и грязью. Краска была содрана, открывая металл тёмно-серого цвета, а одна из ламп была разбита от удара. Тем не менее, он всё ещё был функционален.
Ближайшие боевики открыли огонь из винтовок. Пули бессильно щелкали по броне, в то время как сам мех на удивление резво заковылял вперёд, к башне ведущего грузовика. Та наводилась на каменную платформу Гудвич — женщина маневрировала, то набирая высоту, то снижаясь до крыш, отражая огонь пулемётов и автоматических пушек.
С гулким, утробным уханьем, мех врезался в прицеп с пушкой, заставляя башню содрогнуться, заваливаясь на один бок. Но даже в сравнении с тяжёлым роботом, вес башни был настолько велик, что она лишь ненадолго замерла в наклонённом положении и тут же обрушилась обратно на все шесть колёс. Эрик раздражённо заворчал, не реагируя на обстрел — к стрелкам подключились и несколько пулемётчиков, бессильно высаживающих боекомплект по прочной броне. Поняв, что даже мощности робота не хватит на то, чтобы перевернуть башню, он решил поступить проще. Шагнув вперёд и становясь вплотную к корпусу, мех потянулся короткими, похожими на четырёхпалые клешни, захватами к дулу пушки, ухватился и потянул на себя. Сначала, башня повернулась к нему под протестующий скрип приводов. После хорошего рывка что-то внутри хрустнуло, треснуло и мех сделал торопливый шаг назад, восстанавливая равновесие. В его руках осталось орудие — вся пушка, вместе с казённой частью, целиком вырванная с креплений.
Эрик ухмыльнулся, взвешивая в руках робота импровизированный молот.
— Хэх. А вот это мне нравится.
Полностью развернувшись к дезорганизованным Отступникам, на которых обрушилась очередная порция камней, мех вскинул манипулятор, на "предплечье" которого была закреплена длинная, прямоугольная коробка. Фавны бросились в укрытия. Коробка грохнула, выпуская в их сторону град из шрапнели, ударившей в мостовую. Двое невезучих фавнов рухнули как подкошенные. Всё больше и больше орудий, винтовок и пулемётов переставали вести огонь по разрушенной улице и домам, в которых укрывались отряды Клыка, Сопротивления и стражи города. Настоящий ураган обрушился на броню Эрика, рикошетя, сдирая краску и оставляя многочисленные выбоины. Воспользовавшись этим, защитники города контратаковали — залпы электромагнитных винтовок ударили по укреплённым позициям, пробивая баррикады и поражая фавнов за ними. Отряды Клыка и стражи начали двигаться в сторону укреплений, прячась за укрытиями и перебегая из дома в дом.
Под ногами меха разбилось несколько бутылок, разливая жидкость, тут же занявшуюся ярким пламенем. В ответ, снова грохнула картечная пушка, превращая один из багги и установленное на ней орудие в металлолом. Пользуясь тем, что поднявшийся в воздухе дым на несколько секунд скрыл его силуэт, Эрик побежал вперёд, прямо через пламя, вскидывая зажатый в манипуляторах ствол пушки. Двух фавнов, оказавшихся на его пути, снесло и отбросило в сторону одним лишь небрежным замахом.