Хэзел взглянул на Синдер и с уважением наклонил голову.
— И тут на сцену вступаете вы, мой друг. Никакой вольницы и безделья. Никаких послаблений и игр. Вейлу нужен новый лидер, который выкорчует предательство железной хваткой, который направит братьев Белого Клыка на единственный, правильный путь. Направит, даже если некоторые... Более узколобые члены вашей организации не примут этого пути.
Газини замолчал, пристально вглядываясь в лицо Синдер, а затем улыбнулся, медленно поднял руки и несколько раз хлопнул в ладоши, уважительно склонив голову.
— Я уже говорил, леди, и повторю ещё раз. Я искренне рад тому, что вы решились обратиться ко мне.
Глава 10. It's My Turn
В эту ночь Адам решил не возвращаться в дом Таксона. Хозяин уже спал. К тому же, существовал риск того, что за ним всё ещё могли следить. Он был не настолько хорош, чтобы заметить иллюзии Эмеральд или низкорослой подружки Торчвика. Лучше всего было сохранять осторожность.
Погода была тёплой, особенно для самого конца весны. Тренч защищал от редких порывов ветра, а на небе не было облаков. Адам сидел, прислонившись спиной к тихо гудящему промышленному кондиционеру, от поверхности которого ощутимо отдавало теплом.
Пустая, слегка покатая крыша, была освещена лишь отблесками фонарей и светом звёзд. Где-то вдалеке гудели бесчисленные автомобили, изредка пролетали транспортники, а в направлении доков можно было слышать редкое завывание полицейских сирен — полицейские паковали оставшихся членов Белого Клыка, частная охрана Шни пыталась оценить ущерб, а экстренно вызванные бригады рабочих потихоньку растаскивали повреждённые грузовые контейнеры, опасаясь детонации праховой руды.
Адам подхватил ножны и щелкнул большим пальцем по рукояти клинка сдвигая её вверх и задумчиво глядя на алый металл. Дёрнув запястьем, он полностью опустил клинок в ножны. Затем, щёлкнул большим пальцем по ножнам снова, почти тут же пряча клинок обратно.
За этим занятием он убил несколько минут. Вздохнув и покачав головой, царапнув кончиком рога металл, Адам полностью достал прямой, семидесятисантиметровый клинок. Положив Багрянец себе на колени, он достал из кармана сложенную тряпку и аккуратно провёл ей по лезвию. Клинок был относительно чист, но привычное действие успокаивало и придавало уверенность.
Скосив взгляд на свой шарф, Адам нахмурился, фыркнув. "Стоит ли ещё одно убийство крови на твоих руках".
Те фавны встали между ним и Блейк. Они угрожали ей. Всё, что ей угрожает, должно быть уничтожено. Любой ценой. Любыми средствами. Кровь на его руках? Пусть будет кровь. Не в первый раз и не в последний.
В последний раз проведя тряпкой по клинку и удостоверившись, что на поверхности металла нет ни малейшего пятнышка, Адам удовлетворённо кивнул сам себе, пряча Погибель в ножны. В ближайшее время нужно будет полностью разобрать Багрянец. Всё оружие, используемое вместе с энергией ауры, было прочнее, чем любое другое, но он не хотел рисковать — карабин пережил несколько напряжённых схваток и купание в речной воде. Пыль, грязь... Хорошо, что ржавчины бояться не стоило — винтовка была сделана из композитного пластика, не металла. Кивнув самому себе, Адам откинулся спиной на тёплый металл и закрыл глаза.
Его сон был полон мечущихся теней, отблесков пламени, пляшущих в углах зрения, криков далёких сражений и едва слышных голосов. Вдалеке что-то кричал смутно знакомый голос — какая-то девушка. В руке чувствовалась знакомая тяжесть клинка. Под ногами хрустели обломки длинного стола, каменная крошка и стекло. Можно было слышать звуки далёкой схватки, треск автоматического вооружения, вой и рычание гримм, далёкие взрывы. Кто-то безутешно рыдал, вымаливая прощения — как рыдают у тела умирающего друга. Он узнал знакомый голос.
— И после того как я обрушусь на этот мир, когда заставлю человечество заплатить за всё, что оно сделало, я сделаю своей миссией разрушить всё то, что тебе дорого... Начиная с неё.
Тени, пляшущие перед его взглядом, сформировались в до боли знакомую фигуру. Перед ним стоял он сам. Старая маска Белого Клыка закрывала ему лицо, а в руке был зажат клинок — зеркальное отражение Погибели в руке Адама. За его спиной, в пляске размытых теней, можно было видеть знакомую фигуру Блейк, рыдающую над телом бессознательной подруги.