Джучибер обратил внимание на странные столбы с перекладинами, видневшиеся недалеко от ворот крепости. Возле них во множестве кружились стервятники.
– Что это? – спросил у Кендага.
– Где? Ах, это! Это кресты и виселицы для казнённых преступников, врагов империи, и всех, у кого хватает смелости не склонять головы перед знаменем Феникса.
Молодой коттер во все глаза смотрел по сторонам. Вот он – Ченжер. Отсюда в их земли приходит коварный и жестокий враг.
– Это ещё не империя,– сказал ему Кендаг. Он словно подслушал мысль Джучибера.– Это захолустье. Ничтожная частица могущества ченжеров.
Недалеко от ворот Кендаг спешился и повёл своего верблюда на поводу. Джучибер ехал следом за ним. Затем оба путника свернули с дороги и направились в сторону одной из глинобитных фанз. Кендаг очень не хотел, чтобы кто-либо знавший его в лицо, опознал его среди бела дня.
Поэтому они с Джучибером решили немного передохнуть в тени фанзы. Хозяин жилища вышедший поглядеть на незнакомцев что-то спросил на своём языке. Кендаг ответил, показав на своего верблюда и на Джучибера. Тот поглядел на них и ушёл в дом. Скоро он вернулся, неся бурдюк с кислым дугом и две румяные лепёшки. В обмен Кендаг отдал ему пару мелких медных монет.
Тени стали длиннее, когда отдохнувшие Кендаг и Джучибер, миновав предместье, подъехали к воротам Кутюма. Тяжёлые, окованные железными полосами, створки были закрыты.
– Эй, вы! – громко окликнул их дозорный из широкой бойницы надвратной башни, предназначенной для стока смолы и свинца.– Кто вы такие и зачем пожаловали в Кутюм?
Кендаг вплотную подъехал к воротам и задрал голову.
– Я торговец мехами, по имени Маранг. Со мной один из моих охотников, который служит мне телохранителем. Вот ярлык на право торговли, подписанный самим ванархом Пограничья сиятельным князем Ялунэ,– ответил он, достав из-за пазухи свиток пергамента с висевшей на шнурке большой красной сургучной печатью.
– Что-то ты уж больно припозднился,– проворчал дозорный. Ченжер на стене махнул рукой стражникам у ворот, и те, с пронзительным скрежетом, стали открываться перед обоими путниками. Стражники, посмотрев на печать ярлыка, не стали проверять вьюки и даже не стали надевать ремешки с бирками на оружие путников. Они удовольствовались четырьмя серебряными монетами, взяв на четверть больше положенного сбора.
Кендаг усмехнулся – вряд ли кто из простых ратников, служащих в Пограничье, умел читать. Зато тайгет доподлинно знал, что язык серебра был знаком всем. Вот если бы кто-нибудь прочитал этим воякам написанное на пергаменте, то они здорово удивились бы.
Это было постановление Тайной Стражи местного Приказа наместника-ванарха Закатного удела о розыске опасного преступника и врага Державы Феникса – бывшего первосвященника Тайгетара и мятежника – Кендага, за чью голову была назначена награда аж в три тысячи золотых ютеров!
Кендаг отобрал постановление у пятерых приставов Тайной Стражи, когда они выследили его в одном из округов Закатного удела и попытались захватить, что конечно было с их стороны очень неразумно, учитывая его возможности. С тех пор он таскал этот пергамент с собой, не столько из тщеславия, сколько из-за внушительного вида вислой печати.
Пока Кендаг улаживал дело со стражниками, Джучибер с любопытством разглядывал имперских ратников, охранявших ворота. Он впервые в жизни видел ченжеров. Особенно его поразило то, что у них на руках действительно было по шесть пальцев. До этого он слышал описания ченжеров только от тех, кто встречался с ними в бою или по торговым делам. Джучибер рассматривал их одежду и оружие, пытаясь запомнить особенности и отличия.
Кендаг, заметив любопытное выражение лица коттера, только хмыкнул. Он дёрнул за повод его лошади, показывая, что им нужно следовать дальше. Нечего зря глазеть на стражников.
Пройдя ворота, они оказались внутри города. На площади, перед рядами каменных зданий, явно выстроенными в тайгетском стиле, стоял высокий храм, сложенный из сырцовых кирпичей и который был, очевидно, посвящён ченжерским богам. Позолота на нарисованном над входом изображении Феникса облупилась, и от этого со стороны казалось, что бессмертная птица линяет.
Главная улица городка казалась достаточно широкой, но бесчисленные переулки, отходившие от неё, узко петляли между каменными домами, и глинобитными фанзами.
Тем временем Кендаг остановил какого-то прохожего и перебросился с ним парой слов на незнакомом коттеру языке. Затем тайгет махнул Джучиберу рукой, показывая в каком направлении им нужно ехать. Он направился к лавкам на базарной площади. Джучибер ехал следом за ним, отстав на полкорпуса лошади. Коттер вертел головой по сторонам, удивляясь всему увиденному.