Вслед за ним, но по другой траектории (вправо и под откос) полетела белая «Мазда». И красный «Форд Куга» - вслед за ней.
А огромный китайский джип, метров через пятьдесят вылетев на встречную полосу, ударил в бок и повалил микроавтобус.
А уж микроавтобус, на боку и с хвостом искр проехав вперёд, догнал и ударил бензовоз.
Бензовоз-то огоньку и добавил. Выдал как мог. Потому что топливная цистерна разбитая и деформированная всё содержимое своё прямиком слила на асфальт. На все ряды и полосы сразу.
От искр бензин и вспыхнул.
Одного из летунов, что закружились было над местом аварии, высматривая жертву, поджарило сразу. Завопил он, задымился и упал прямо перед ошалевшим хозяином «Форда», который, ногой выбив деформированную дверь, с трудом выбрался из машины.
Второй летун, обойдя огонь (хотя и зацепив при этом вытянувшийся в его сторону край пламени), не рассчитал траекторию и ударился о бетонный столб. Выругавшись грязно на неведомом землянам языке, упал он на землю, при падении потеряв сознание.
А третий, самый осторожный, спустился потихоньку в сторонке. И, стоя так в стороне от суеты, выжидал подходящего момента.
Да что-то он не наступал.
Сначала метались все, то к машинам подбегая, то от огня прыгая. Потом огонь до покорёженных машин добрался, бензобаки рваться начали. Все полосы в пробке встали.
Толпа у обочины собираться стала. Шум, грохот, гам со всех сторон.
И вроде… Под руки повели избитого мужика какого-то, землёй с головы до ног перепачканного.
Оживился летун, руки вперёд было вытянул.
Но тут замигало что-то вдали. Потом и ближе замигало. Ругнулась милицейская крякалка.
И пропал куда-то земляной. Увели его прочь.
У третьего летуна задрожала челюсть. Досадно было упускать добычу.
Можно было бы, конечно, и бойню устроить. Прямо тут. С огоньком.
Но не велела госпожа режим маскировки нарушать. Её приказ – закон.
Космический!
Так что…
Выждал летун ещё немного.
Дождался, пока пожарные огонь пригасят.
Погибшего товарища подхватил…
- Ты куда? – крикнул ему вслед пожарный.
- А ну, стоять! Положь труп на место! – крикнул полицейский, лихорадочным движением запихивая листы протокола за пазуху.
…подхватил и второго, что валялся без сознания на обочине.
Ногой отпихнул сунувшегося было к нему гаишника, да так, что тот, бедняга, шагов на пять отлетел и отключился, ударившись затылком об асфальт.
Подхватив товарищей, мёртвого и ещё живого, резво побежал третий в сторону леса.
И пропал, будто и не было его.
3.
- Забыл представиться…
Электричка прогремела по мосту, зеленовато-бурая Ока в широких камышовых зарослях промелькнула где-то внизу, серые ивы прощально махнули ветвями.
Сергей и работодатель его, дух неба и земли, второй уже час ехали прочь от Москвы, куда-то, судя по всему, в коломенские или даже рязанские дали, но куда именно – Сергею было неведомо.
Сел он в эту электричку, выполняя категорические требование духа, а для чего сделал он это и за какой такой надобностью дух потащил его прочь из Москвы, то Сергей не знал, да и вопросами разными, честно говоря, не очень-то и задавался.
Вот., кстати, говоря, и имя у своего работодателя забыл спросить.
Нет, вы не подумайте. Сергей вовсе не слабоумный какой был…
Почему был? Забегая вперёд, заглядывая, так сказать, в скрытое от взора читателя туманное будущее можно сказать (по большому секрету, разумеется), что Сергей не только был, но он и есть сейчас и, смею заметить, будет и ещё пребывать в нашем вами мире, не покидая его для путешествий в иные миры и пространства ещё много, много лет.
Так вот, Сергей в иные, более лёгкие и счастливые для него времена, был человеком вполне себе сообразительным, любознательным и компанейским. Из тех людей, которых на мякине не проведёшь. Может, на чём другом и проведёшь, но уж на мякине – никогда!
Потому в иные, более счастливые времена, он бы, конечно, имя работодателя непременно разузнал бы. Как пить дать!
И выяснил бы, что там за бизнес у него, велика ли контора, исправно ли зарплаты платят, в конверте её дают или ещё как, не штрафуют ли по делу и без дела, и нет ли подводных камней каких.
И, конечно, узнал бы, что это за работа такая и почему за неё плата такая большая, и не придётся ли чего такого делать, за что и жена родная, и не менее родное государство по головке не погладят.
В общем, много чего узнал бы. Вопросов бы много задал, и все – по существу.