- А если… то есть, когда я найду его, что мне делать? – спросила Юка.
- Лучше запомни, что ты не должна делать. Ни в коем случае не рассказывай Йойки, откуда ты пришла и зачем. Это может сразу оттолкнуть его от тебя. Он, скорее всего, просто не поверит тебе и посчитает ненормальной. Запомни, что у Йойки сейчас своя жизнь, устроенная и размеренная. Он не готов к такому вмешательству, как ты. Для тебя в его жизни просто не предусмотрено места. Поэтому будь осторожна с Йойки. Не стоит даже и надеяться, что он сразу сможет узнать тебя.
Юка очень хорошо запомнила эти слова и повторяла их про себя бесчисленное множество раз. Столько, чтобы запомнить эту простую и беспощадную истину и не наделать ошибок. Столько, чтобы огрубела душа, и остыло сердце.
Йойки не помнит. Нельзя рассказывать. Йойки уже не тот, что раньше. Йойки не помнит меня.
И Юка действительно успокоилась. Она больше не плакала, как в тот день перед Стеной, когда увидела Йойки. Внешне Юка была совершенно спокойной и собранной, говорила рассудительно и часто шутила и смеялась, как раньше. Но внутри у Юки что-то безвозвратно изменилось. Как будто что-то остановилось. Стоп. И больше некуда бежать. Юка уже знает ответ.
И вот, когда подошёл долгожданный день Перехода, Юка собрала небольшую прощальную вечеринку для друзей. Единственный иенок, с которым она не могла проститься, - это её Кана. Кей была сейчас слишком занята знакомством с новым ребёнком, и Юка не могла с ней общаться. Единственное, что Юка знала, - это то, что новый ребёнок Каны тоже девочка. Сначала это известие неприятно обожгло Юку, но вспыхнувшая было боль тут же потухла, и Юка подумала: «Может, это и к лучшему. Может, эта девочка сможет заменить тебе меня. Так будет даже лучше. Будь счастлива, Кей».
Вот и всё. Прощаться больше не с кем. В своей новой специализированной школе, куда Юка поступила почти год назад, она так и не смогла завести себе новых друзей.
Вот и всё. С собой Юка брала только золото господина Отто, рисунок Йойки, который мальчик подарил ей, когда ушёл, и на котором были изображены они вдвоём, а ещё шкатулку Каны с оленёнком и высохшим цветком майнисового дерева и Калейдоскоп. Вот и всё, что Юка могла забрать с собой.
Больше её ничто здесь не держало.
- Ах да, Тихаро! – улыбнулась девушка. – Ты ведь пойдёшь проводить меня?
Тихаро тихо опустилась на плечо Юки. Теперь можно идти. Теперь точно всё.
И оглянувшись на свой опустевший дом, Юка пошла по направлению к Большой Северной скале.
*
Иногда вещи, которые вначале кажутся очень сложными, оказываются самыми лёгкими. И приходится удивляться, как это раньше такой простой ответ не пришёл тебе в голову.
Юка когда-то обещала себе запомнить Звездопад на всю жизнь, запомнить мельчайшие детали того удивительно вечера.
И только сейчас, спустя два года, Юка осознала, что упустила из виду самое важное, что случилось в тот вечер. Упустила самую главную зацепку, которую Судьба дала ей ещё тогда. Юка просто не обратила на неё внимания.
Это была та страшная история, рассказанная Ённи как будто в шутку, чтобы напугать Мию. Когда они вчетвером только поднялись на Большую скалу и подошли к самому краю, Ённи заговорил загробным голосом, и его слова Юка помнила и сейчас:
Говорят, что полсотни лет назад с этой скалы упали двое молодых иенков…
Их тела так и не нашли. Старые иенки говорят, что они перенеслись на ту сторону Стены.
Юка помнила, как Ённи воздел вперёд руки, изображая зомби и начал медленно надвигаться на Мию, и как при этом его очки сползли на нос. Помнила, как Мия начала ругать его. Помнила, как смеялись над ними они с Йойки.
Эта картинка так ярко отпечаталась в её сознании. И Юке оставалось только спрашивать себя: «Ну почему же я раньше не догадалась?».
Но это был вопрос в никуда. Ведь наша память не подчиняется никаким законам. Она словно живёт своей жизнью.
Почему запоминается одно, а другое словно проплывает мимо и всплывает только через какое-то время? Ответа на этот вопрос Юка не знала. Она только жалела, что не может поговорить на эту тему с Йойки, которого всегда так интересовали свойства памяти.
Интересно, что его интересует сейчас?
Когда Юка поднялась на Большую скалу, солнце почти село. Небо на горизонте ещё розовело, а остальная часть небосвода начала погружаться в чернильную тьму.
Юка подошла к самому краю. Ветер обдувал её волосы, касался лица. Весь мир иенков открывался перед ней, словно прощаясь.
Юка посмотрела вниз. Земля была так далеко, что её невозможно было различить. Юка обратилась к сидящей на её плече птице гиуру:
- Как думаешь, Тихаро, это будет больно?
Тихаро молчала. Взгляд её ультрамариновых глаз был устремлён вдаль.
- Я совсем не боюсь боли, - прошептала Юка. – Даже если мне будет так больно, что я не смогу дышать, это ничего. Главное, чтобы у меня получилось.
Господин Отто был прав. У Юки не было никаких гарантий, что всё получится. Прыгнуть с Большой скалы, чтобы погибнуть в мире иенков и возродиться на Той стороне Стены – это лишь догадка, ничем не подтверждённая.
Вполне может случиться так, что Юка просто погибнет. Но это был риск, на который она готова была пойти.
- Вот и всё, - прошептала она, глядя вниз. – Меня здесь больше ничего не держит, Тихаро. И если в моём мире нет Йойки, этот мир не нужен мне. Я готова отказаться от него. Я готова уйти навсегда. Я готова даже умереть. Мне просто всё равно. Без Йойки моё существование утратило всякий смысл.
На глазах Юки заблестели слёзы, но девушка вдруг улыбнулась.
- Куда бы я ни отправилась, я буду искать там тебя.
Юка сделала ещё один маленький шаг вперёд, и в пропасть полетели крошечные камешки. Юка подняла голову и устремила взгляд к догорающему на горизонте солнцу и расставила в стороны руки, словно собиралась полететь.
- Тихаро, я буду скучать по тебе, - сказала Юка. – Как думаешь, у меня получится сейчас взлететь? Я всегда об этом мечтала, и тут представилась отличная возможность проверить… Может, ты научишь меня летать, а, Тихаро?
Солнце опускалось за горизонт. Холодный сухой ветер развевал волосы.
Слёзы блестели на глазах, но Юка улыбалась.
Куда бы я ни пошла, я буду искать там тебя.
Юка сделала последний шаг вперёд, и земля ушла у неё из-под ног.
Птица гиуру расправила крылья и с протяжным криком взмыла ввысь.
========== Глава 10. Летать. Ультрамарин. Выставка ==========
Есть ли препятствия для птиц? Кажется, они могут полететь куда угодно, дух свободы у них в крови, а небо для них – воздух, без которого они погибают. Лучше умереть, почувствовав радость полёта и свободу самому выбирать направление, чем жить в неволе.
Йойки любил смотреть на птиц с балкона своего четырнадцатого этажа. Они летали так низко, что Йойки слышал, как хлопают их крылья. Иногда ему хотелось дотянуться до них и отправиться вместе с ними. Но птицы не могли забрать его. Птицы были свободны. А Йойки – нет. Несмотря на отсутствие запретов и свободу самому выбирать жизненный путь, Йойки почему-то не чувствовал себя свободным.
Иногда Йойки завидовал птицам. Ему казалось – для них нет никаких препятствий. Ему казалось, что, несмотря на внешнюю кажущуюся свободу, его душа заперта в клетке бетонных высоток.
Йойки посмотрел вниз на оживлённую трассу, на крошечных снующих туда-сюда людей. Посмотрел вдаль, где горизонт был скрыт за высотными зданиями, за железными крышами, за проёмами маленьких окон-клеток.
Здесь Йойки не мог дышать полной грудью. Ему просто не хватало воздуха.
- Почему вздыхаешь? – спросила Тио, возникшая в дверном проёме.
На её плечах был накинут тёплый пуховый платок – Тио всё время мёрзла.
- Зайди в дом, здесь холодно, - сказал Йойки. – Я просто вышел подышать свежим воздухом…