Подпрыгнув, он ухватился руками за клубни нависших над головами путников хайрунов и повис на них: клубни прочно впивались в камень и вполне выдерживали человеческий вес.
— Ты куда?
Вдалеке, там, где должен был бы находиться сейчас отряд, послышался грохот обвала, и унрит вздохнул с облегчением. Все, теперь бежать некуда, это уж точно. Остается одно — принять бой.
— Я говорил, — через силу, хрипло сказал Ирд.
— Там Дрэг, — вздохнул Фил.
— Он умер.
— Подвинься, — Фил оттолкнул зачарованного невероятными размерами гада унрита. Выхватив из-за пояса меч, он приготовился к бою. — От тебя мало толку, Светлейший.
— Это от ваших мечей мало толку, — невозмутимо ответил Дэн. — Я не удивлюсь, если они сломаются после первого удара.
— Эй, — послышался откуда-то сверху голос Кера, — сейчас не время… — Он умолк.
— Что там, Кер?
— Гм! Тут выступ. По нему мы вполне можем пройти над, ну, этим самым…
— Точно?
Зачарованно унрит наблюдал, как из пасти магрута медленно выползло с десяток извивающихся, как хиссы, бледно-розовых щупалец-языков. Что-то это напоминало Дэну. «Да, — вспомнил он. — Клетка. Жирный унрит с хорсутским мечом. „Ну и мерзость, — сказал Дэн. — Может, кто и купит…“ Похож? Или не?..»
— Точно? — заорал Фил. — Что ты молчишь?
— Я стою на нем. Не слишком удобно, но с полсотни минов пройдем.
Голос Кера успокаивал.
Одно из щупалец-языков вздрогнуло и потянулось к хайрунам, за плотной листвой которых скрывался «капюшон».
— Осторожно. Оно лезет к тебе, — предупредил Фил.
— Ага, вижу, — откликнулся Кер. Он, похоже, пришел в себя. — Ну и пакость. Я готов.
— Помолчи. Похоже, оно реагирует на звук.
— Или на человеческое тепло, — сказал Дэн.
— Девушку наверх, — скомандовал Ирд.
— Сейчас. Берегитесь, — крикнул Кер.
Раздался глухой треск рвущейся плоти. На голову Дэну закапала холодная желтоватая жидкость.
— Я отрубил его, — тяжело дыша, сказал сверху «капюшон». — Из него льется какая-то мерзость. Кровь, наверное.
— Ага, — подтвердил Дэн. — Я уже весь по уши…
— Хэй, — крикнул Фил, и еще одно отрубленное щупальце плюхнулось на чахлую траву ущелья. В лица путникам брызнула розоватая жидкость. Застывая, она быстро меняла свой цвет, приобретая смутно знакомый унриту желтоватый оттенок.
— Хисса вонючая, — выругался Фил.
Два щупальца обвились вокруг него и подняли над землей. Меч выпал из его рук. Он отчаянно барахтался, пытаясь вырваться из удушающих объятий.
— Руби! — заорал он.
Дэн бросился к «капюшону», но сильный удар розового «языка» сбил его с ног, и он, пролетев несколько минов, едва не рухнул на Ирда. Из зеленой массы хайрунов высунулась рука Кера.
— Скорее.
Девушка молча протянула ему свою. Мгновение, и она была уже наверху. «Вот и славно». Вскочив на ноги, унрит снова бросился к болтавшемуся в воздухе Филу. «Капюшон» уже не сопротивлялся. Голова его бессильно свесилась набок. Тело обмякло, как лопнувший шарик эриты.
«Ои! Как оно близко!» — подумал Дэн. Из открытой пасти магрута на него дохнуло запахом гнили и полуразложившейся плоти. «Ага, оно уже успело позавтракать. Ничего страшного. Ну же, Дэн». Меч его опустился в мимине от обернутого щупальцем «капюшона». Здесь эта мерзость была заметно тоньше, и унрит надеялся перерубить ее одним ударом. Не тут-то было. Меч застрял в вязкой плоти. Дэн с большим трудом выдернул его, и в этот самый момент что-то рвануло его за ноги и потащило по камням. Потом еще одно щупальце обвилось вокруг руки, резко дернув, подбросило в воздух. «Какое оно длинное», — успело промелькнуть в гаснущем сознании унрита. И еще: «Наверное, так вот и погиб Тирс. И Лот. И я».
— Оно атакует нас, — откуда-то из небытия ворвался отчаянный крик Кера.
«Мы все сгинем как хибеоны», — сказал кто-то прямо в голове Дэна.
«Я не хочу Бигги, не хо…»
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
ЛАБИРИНТ
«…чу!» — заорал унрит.
На него ползли глаза.
— Эй! — подмигнул Дэну один из них.
Другой смотрел прямо и немигающе. Длинные ресницы вытягивались, как иглы лиимдрео. От ткнул в сочную мякоть пальцем. Глаз легко уклонился в сторону. И снова приблизился. Дэн вдруг почувствовал, что сейчас провалится в него. Что это и не глаз вовсе, а черная бездонная пропасть без дна, в которую он будет падать вечно. Такова Унра.
«Да, Дэн, такова Унра».
«Да нет же, — билось в голове унрита, — это и не Унра вовсе. Это какая-то другая, еще неведомая жизнь. Когда падаешь. Вниз. Вверх. Не важно».