- Нам пока ничего не остается, как наблюдать за тем, что будет происходить дальше. Мне очень жаль, что ты страдаешь, мой сын, если это не прекратится в течение какого-то времени, нам придется принимать решение. Пробовать ли тебе связь с Агундой или искать выход по извлечению энергии из землянки.
На этих словах мое сердце пропустило удар. Извлечь мое излучение из Зарины, скорее всего, можно лишь забрав ее жизнь. Я на это никогда не пойду, даже, если умру от тоски. Как же необдуманно я поступил тогда. Оказалось, что я не убил девочку, что принесло мне огромное облегчение, но выяснилось, что я обрек себя на неразрешимые проблемы, неужели мне придется оставить мой род без наследников? Кто же тогда будет управлять нашей расой после меня?
Эти мысли усилили во мне тревогу, и я отправился в спортивный зал, чтобы в тренировке выбросить из себя все мучавшие меня чувства. Я бился с воображаемым противником так, словно это было по-настоящему, отдаваясь этой битве целиком. Эта была моя война с самим собой, внутренняя схватка с непобедимым противником. Физическая нагрузка несколько снизила градус моих переживаний, но я знал, что то чувство, которое билось внутри меня мне не победить. Оно напоминало непреодолимую тягу, неудержимую, необоримую, она имела сокрушительную власть надо мной потому, что такого противника я встретил в своей жизни впервые. И этот враг был ни снаружи. Он бился внутри меня, терзая мою душу неотвратимым притяжением к этой земной девушке.
- Прошел только один день, а мне уже так плохо без нее. Как же мне жить вдали от нее всю свою жизнь? – недоумевал я.
После душа я упал в свою кровать и все-таки уснул, немного успокоившись надеждой на то, что со временем привыкну к этим переживаниям, и они утихнут.
Неделю я держался изо всех сил, но моя внутренняя тоска только росла. Каждый день я порывался найти Зарину и хотя бы немного поговорить с ней, узнать, все ли с ней в порядке, хотя я понимал, что это было лишь предлогом. Я точно знал, что она была в норме потому, что она меня не звала. Это лишний раз подтверждало догадку папы. Если бы она была руйханкой, она бы уже давно отловила мою боль и печаль, и уже давно бы призвала меня, чтобы обменяться энергиями и зарядить друг друга. Но землянке нечем меня зарядить и она понятия не имеет, что моя энергия, отданная ей, мучает меня теперь, притягивая к объекту ее владения. Зарина спокойно живет, я отдал ей частичку себя, чтобы спасти ее, а теперь сам, как оказалось, нуждался в спасении. Только вот спасения для меня нет.
Я кончил тем, что за день до нашего официального вторжения на Землю, я все-таки решил тайком проникнуть в ночной лагерь спецагентов, чтобы хоть на миг увидеть Зарину, ощутить ее нежную и мягкую энергию. Я надеялся остаться незамеченным, я не был уверен, что девушка хорошо владела энергией солнца, возможно она не почувствует меня рядом. А может я обманывал сам себя и просто проявил тщедушие, был слаб и обессилил от этих эмоциональных страданий.
Был поздний вечер, я слышал, как группа людей сидела у костра и громко смеялась, обсуждая какие-то свои дела. Я полностью убрал свечение и стоял неподалеку от лагеря, прячась за большим ветвистым деревом. Я знал, что она находилась в своей палатке, и мне казалось, что ее заряд был низким, словно она была больна. От этого ощущения моя тревога возросла до отметки сто, и я просто поджидал, когда все разойдутся спать, чтобы прокрасться к Зарине и посмотреть, что происходит. Несколько часов до полной тишины в лагере показались мне вечностью. Наконец, когда все затихло, я тихо взлетел в воздух на расстоянии полуметра, чтобы не было никакого шума и начал медленно перемещаться в сторону палатки Зарины. Было ветрено, и по человеческим меркам, довольно холодно, и я надеялся, что девушка не простудилась, такой слабой она ощущалась. Я аккуратно откинул внешний полог высокого брезентового домика и, согнувшись, вошел внутрь. Я знал, что она была одна. Направив энергию для приглушения звука молнии, я быстрым движением открыл замок и залетел внутрь, закрывая за собой проход. Девушка лежала на спине и тяжело дышала, бубня что-то во сне. Как только я оказался так близко к ее телу, меня окутало неистовым желанием к нему прикоснуться. Я явно ощущал, что Зарина была не в порядке, и я собирался выяснить, что случилось. Тихо, не издавая ни звука, я прилег рядом и легонько коснулся ее лба.