- Значит, мой отец оказался прав, - проговорила она металлическим голосом, - ты отдал часть своей солары этой землянке и теперь тебя тянет к ней. Она продолжала держать меня за руку, считывая каждый шорох внутри меня, каждую испытанную к Зарине эмоцию. Я знал, что я не смогу скрыть от нее правду и собирался через какое-то время объясниться, но я был не готов обсуждать это сегодня утром, когда летел окрыленный к своей новой соседке. Я не успел оформить свою солару так, чтобы не ранить Агунду, не прикрыл самые болезненные для нее моменты, и она налетела на правду внутри меня так, словно напоролась на глыбу. Поздно было прикладывать обезболивающие повязки, нужно было затыкать кровоточащую рану.
- Агунда, - начал я, - мы все оказались в непростой ситуации, я сейчас делаю что-то, по крайне мере, пытаюсь, чтобы разобраться со всем этом.
- Ты сейчас не отходишь от нее ни на минуту, это ты делаешь? – спросила она с болью в голосе и нас обоих захватила волна страдания.
- Я должен разобраться в этой ситуации до конца, другого выхода нет, - заявил я уверенно, - случай передачи солары землянину произошел впервые, кроме меня никто не может этим заниматься, в ней моя солара.
Агунда оторвала от меня свою руку и вышла на утреннее солнце, выскальзывая за дверь. Она обняла себя руками, словно ребенок, пытающийся защититься и мне стало жаль ее.
- И как ты разбираешься, – спросила она саркастично, - ходишь с ней на пикники и обнимаешься в саду?
Она безошибочно определила самые яркие моменты моего взаимодействия с Зариной, которые, вероятно, сочились из моей энергии.
- Я могу избегать того, что происходит внутри меня, но это приведет лишь к ухудшению ситуации, ты это прекрасно знаешь, я должен понять уровень моей привязанности к ней, я должен определить, смогу ли я взять ответственность за тебя, чтобы не испортить твою жизнь! – воскликнул я, обходя девушку спереди и беря за плечи.
- Я впитала мысль о том, что мы с тобой навсегда будем вместе с момента своего рождения! – горько сказала она, - я жила с мыслью, что стану матерью наших детей, наши отцы мечтали породниться и укрепить нашу империю, сплотившись в мощный центр управления руйханцами нашей колонии. И сейчас ты говоришь мне, что всего этого может и не случиться?
Она подняла на меня разгоревшиеся светом глаза, и я был поглощен вместе с ней ее болью и разочарованием.
- Прости, - только и мог сказать я, - я бы хотел, чтобы не случилось всего того, что произошло, мне очень жаль.
Я прижал к себе свою невесту, ощущая наше общее горе. Наша запланированная заранее жизнь преподнесла нам сюрприз. Агунда навеки останется для меня моей родной руйханкой, но сейчас наше совместное будущее было под вопросом, ибо мои чувства к другой женщине превосходили те, что были к ней. Она это поняла и сейчас могла принять любое решение. Она просто стояла в моих объятиях, позволяя нашим соларам успокоить друг друга, затем отстранилась и сказала:
- Царук, я не стану женой другого руйханца, ты мой нареченный и я воспринимаю эту ситуацию, как некую сложность, с которой мы столкнулись. Столкнулись ты и я, и мы сможем найти выход. Землянка никогда не родит тебе наследников, не станет вместе с тобой Правительницей нашей расы, ее никогда не примут в качестве твоей жены. Позволь себе все, что ты хочешь с ней, не запрещай. Но как только ситуация нашего сотрудничества с землянами стабилизируется, мы обменяемся соларами и станем парой, как и планировали всегда. Ты мой будущий муж, Царук, а я твоя жена. Это не изменится. Мы будем следовать своей судьбе. И чем быстрее ты отдашь мне часть себя, тем быстрее закончится твое страдание, - заключила она.
- Или увеличится, - сказал я удрученно, - даже сейчас, когда мы еще не пара с тобой, я очень мучаюсь из-за того, что внутри рвусь на две части. Представь, что случится, если моя солара будет находится в двух женщинах! Мы с отцом надеялись, что с земной девушкой это не сработает, но, к сожалению, этого не случилось.
В этот момент я ощутил то, что напугало меня до безумия. Это была опасность, исходящая от Агунды в сторону Зарины. Эта была целенаправленная агрессивная сила, которая вообще была не свойственна нашей расе уже долгие миллионы лет. Агрессия была возможна только при угрозе жизни, и, кажется, именно так солара Агунды вдруг начала воспринимать сложившееся. Пока Зарина жива, будущее моей невесты и наших возможных детей будет под угрозой. И ее солара вдруг сориентировалась в направлении выживания любой ценой.