- Я сотворил ее форму, но соларами обменялись вы, поэтому я остался не удел, - пояснил пришелец и посмотрел мне в глаза.
Мне захотелось исчезнуть. Я никогда не смогу научиться спокойно реагировать на его присутствие рядом со мной! А уж про наш зрительный контакт так и вообще можно было не говорить. Моя солара снова стартанула в сторону мужчины, а я зарделась и воткнула глаза в садовую брусчатку, сгорая от стыда.
На сей раз энергия Царука была более сдержанной. Я ощутила, как его заряд плотно окутал меня, погружая в приятное чувство соприкосновения, и какое-то время мы просто молчали, балансируясь.
- Тебе всего хватает? – наконец, спросил он, проявляя заботу обо мне, что было очень мило. Но я, не способная контролировать свои мысли в его присутствии выпалила первое, что было на уме.
- Рассветов здесь нет нормальных. Услышав сама себя, я сжалась, понимая, как нелепо это звучало со стороны.
- Поясни, - серьезно попросил меня Царук, словно я только что не сморозила дурь.
- Ну, - промямлила я, - у вас в небе все время какое-то радужное сияние и рассветное солнце выглядит как-то не естественно, не так красиво, как на Земле.
Мужчина замолчал на несколько секунд, а я решила, что он просто не знает, что ответить на мои слова, однако меня очень удивило то, что он сказал спустя минуту.
- Я не могу сейчас спустить тебя на Землю, рассвет на территории Красноярского края уже прошел, но есть кое-что, что может тебе понравиться, - заключил он хитро и протянул мне руку. Я в нерешительности уставилась на него. Было страшно снова коснуться его после того, что случилось у озера. Дело было не в моей физической боли, а в той реакции, которая последовала от Царука. Не хотелось снова наблюдать за тем, как он шарахнется от меня, будто от проказы. Словно осознав то, что было внутри меня, он сказал:
- Все будет хорошо, не бойся, на днях я потерял над собой контроль, потому, что ты застала меня врасплох. Сегодня я полностью держу себя в руках, моя солара не обожжет тебя.
Я сглотнула и осторожно вложила свою руку в его огромную ладонь. Он легонько потянул меня вверх, чтобы помочь мне встать, и я послушно поднялась, чувствуя, как горячий поток стремительно врывается в мою руку. Он был не испепеляющим, а очень приятным, даже расслабляющим, словно ты попал под струю душа. Мне хотелось большего, хотелось всем телом прильнуть к мужчине и ощутить полный спектр удовольствия, однако я просто замерла, ожидая, что последует дальше.
А дальше было резкое движение вверх. Это было быстро, и у меня даже немного закружилась голова, как при взлете самолета. Я осознала, что мы с Царуком, завернутые, словно, в энергетическое одеяло, как бабочки в коконе, летели в небо, а затем, в оцепенении уставилась на открытое космическое пространство, в которое мы переместились, двигаясь в сторону поднимающегося над Землей Солнца. Вокруг нас была световая плотная сфера, внутри которой мы могли свободно функционировать. Она одновременно являлась нашим средством передвижения. Мы вылетели в открытый космос, и я могла видеть, как величественно светило восходит над нашей планетой. На несколько секунд я забыла о присутствии Царука, так шокирующе прекрасно было то, на что я смотрела. Только когда зазвучал его голос, я пришла в себя от оцепенения.
- Тебе нравится? – спросил он, и я подняла на него свои глаза.
- Это просто фантастика, - прошептала я восхищенно, заливая весь наш световой кокон трогательными чувствами.
- Это, конечно, не рассвет на Земле, но я рад, что тебе понравилось, - по-доброму поддел меня пришелец. Я свободной рукой ткнула его в бок, осознавая, что вторую мою ладонь он все еще плотно сжимал, не желая выпускать из своей горячей хватки. Это было, как оказаться в другой реальности, словно лететь во сне и не желать просыпаться от той красоты, в которой мы вдруг оказались. Мы зависли здесь на какое-то время и я, любуясь этим величественным зрелищем, поймала себя на мысли, что хочу, чтобы время остановилось. Внешнее благолепие переплеталось с внутренней и физической близостью между мной и пришельцем, и мне стало так хорошо, что на глаза набежали слезы.
- Спасибо, - прошептала я растроганная, - я даже не думала, что такое возможно.
- Мне бы хотелось многое тебе показать, - вдруг сказал Царук, но затем осекся, и его энергия немного сжалась, словно он стопорил себя от того, чтобы не сказать лишнего. Я понимала, что происходило. Нам вообще не стоило всего этого делать, потому что такими романтичными жестами он лишь увеличивал мое личное страдание. Моя тяга к нему постоянно возрастала, и я все глубже увязала в этой непозволительной зависимости.