Когда я подошел к огромному желтому океану из проявленной солары, внутри меня снова полыхал пожар. И я даже не пытался что-то сделать с этим, просто уселся на берегу, слушая пение, доносящееся из энергетической бездны. Я видел, как Коныс заканчивал тренировку с группой руйханцев, и просто ожидал, когда он освободится и сам подойдет ко мне. Я сосредоточился на том, что исходило для меня из океана, и моя внутренняя сила вдруг рванула к соларному морю в порыве получить поддержку. Это было похоже на то, что делали земляне, когда молились в трудную минуту. Мы, руйханцы, тоже могли обратиться к всеохватывающей творящей силе, обмениваясь с ней своей энергией и это обычно приносило мощную подпитку и давало правильный настрой. Я резко вошел в контакт с этой безбрежностью и постепенно начал успокаиваться, ощущая, как моя боль утихает и на ее место приходит спокойствие и ощущение того, что все образуется. Когда ты в соединении с источником творения, твоя личность расплывается и на какое-то мгновение полностью растворяется во всезнании, в гениальности бесконечности. Ты превращаешься в абсолютное доверие и все твои горести отступают, уступая место необъяснимой убежденности и вере. Ты чувствуешь единство, партнерство, общность и сплочение, и от этого приходит покой.
Я не знаю, сколько я так сидел, слушая голоса соларного омута, сонастраиваясь, убаюкивая свое горе, в какой-то момент из внутренней медитации меня вырвал голос Коныса. Мой друг и учитель присел рядом со мной и похлопал по плечу.
- Я вижу, ты не оставил мне работы, сам сонастроился, - по-доброму сказал он с улыбкой.
- Мне стало легче, - признался я, впервые за последний месяц ощущая, что моя ситуация не настолько безнадежна.
- Это хорошо, значит, завтра все пройдет гладко, нельзя ранить Агунду, достаточно и того, что страдают двое.
Я знал, что мой друг был прав, моя невеста ничем не заслужила ту участь, которая оказалась ей уготовлена по воле судьбы. Я собирался вести себя с ней как можно бережней, чтобы хотя бы как-то смягчить для нее происходящее.
- Ты видел Зарину? – спросил я, снова ощущая, что сердце начинает биться чаще.
- Ты уверен, что нам стоит сейчас это обсуждать, ты только что пришел в баланс? – спросил меня Коныс.
- Я должен знать, что она в порядке, - ответил я уверенно.
- Я заходил к ней сегодня, - признался учитель, - и я действительно потрясен теми результатами, которых она достигла в своих тренировках, Царук, - восторженно сказал Коныс, - она научилась открывать соларную волну, свободно перемещаться на небольшие расстояния по ней! Работа в групповых погружениях пошла ей на пользу. Ее физиология перестраивается с невероятной скоростью и Дуйкан говорит, что то, чем она становится, это нечто уникальное! Она превращается в новый удивительный вид, неизвестную доселе расу и ее популярность на Соларисе растет с каждым днем. Сегодня она принимала участие в конкурсе облачных городов и то, что она сотворила, привело в восторг даже самых ярых скептиков.
Мое дыхание остановилось, пока я с замиранием сердца слушал своего друга. Это казалось невероятным! Внутри меня что-то подсказывало, что все это было не случайно, будто и я и Зарина меняли свою биологию, бессознательно создавая для нас возможность быть вместе. Я хотел сказать об этом Конысу, но решил оставить это при себе. Это было личное, словно должно было остаться только между мной и моей любимой женщиной.
- Я хочу увидеть его, ее облачный город, - сказал я, вставая.
- Ты уверен? – переспросил Коныс, - это может снова взбудоражить тебя, ты только сбалансировался.
- Не переживай, - ответил я с уверенностью, - я в порядке.
Внутри меня стало нарастать ощущение, что что-то менялось. Я не знал, что, но я, кажется, каждой клеткой чувствовал какие-то перемены, которые стояли буквально за порогом. Во мне проснулась вера, уверенность, подаренная мне океаном солары. Все будет так, как должно, нужно просто довериться.
- Ну, ладно, - ответил Коныс, открывая световую струну, отправляя нас вверх в облака.
Буквально через несколько секунд мы уже стояли на летающем диске перед расстилающимся облачным океаном, самым настоящим, таким, какой не смог бы создать ни один руйханец. На такое был способен лишь тот, кто с рождения отлично знал истинную энергетику воды. Только Зарина, она одна среди нас могла сотворить такое чудо. Облака буквально текли, плавно омывая плавающие острова с воздушными замками разноцветных тонов. Их было два, один дворец - цвета утреннего солнца с нежными оттенками розового, а другой сиял сполохами заката с расцветками фиолетового и багряного. Эти два строения высились на плавающих островах, свободно дрейфующих в бесконечном пространстве облачной воды. Словно два лебедя, стремящихся друг к другу, они кружились в небе в своем танце двух возлюбленных. Но этот танец выдавал обреченность невозможности объединения в одно. Острова никогда не смогут стать единым, они так и будут бесконечно витать в безбрежности, омываемые облачной водой, словно человеческими слезами.