Мы пьяной походкой в четыре ноги дошли до забора и парня начало тошнить. Пока он выворачивал желудок, я тихо радовалась, что почти не пила, не то стоять бы нам тут на пару буквой "г". Я и так не сильно организованная и собранная под действием алкоголя, как говорят "теряла берега". Поэтому один стаканчик шампанского мой потолок.
- Синька - зло Александр. Ты бы завязывал. Будешь синегалить не видать тебе Милы как своих ушей. - сказала наставительно и отошла подальше, потому как от одного вида этого красавца меня начинало мутить за компанию.
И отошла не зря, прямо за невысоким забором шла возня. Пара целовалась. От увиденного моя челюсть упала на траву. Почти, что мой Димка страстно целовал Светлану. Да что там целовал! Эти двое словно хотели сожрать друг друга! Впервые чужой поцелуй вызвал столь неприятные чувства. Какие-то сосущие звуки, мычание, причмокивания. Как же мерзко это выглядит со стороны, фу! Не раз я видела как целуются другие, но такое омерзение к процессу впервые. Захотелось пойти присоединится к Дятлу до того тошно стало. Фу-фу-фу!
- Постой, такси сейчас приедет. Я пойду заберу сумочку и мы свободны! - девушка чуть отстранилась, потом быстро поцеловала Диму ещё раз и сбежала в дом. Он остался стоять с видом хмельным и обалдевшим. Затем заметил меня, развел руки в стороны, "так мол бывает" и виновато улыбнулся. И опять же впервые улыбка Димки показалась мне глупой и дурацкой, а не милой как раньше бывало.
- Извини, если помешала вам заглатывать друг друга. Пойду с Сашкой порыгаю, и то приятней будет.
Пока этот тормоз собирался с ответом пошла в дом за сумкой и пиджаком. Что-же и мне пора. Охота провалилась.
Я брела по краю дороги, почему то не в сторону своего дома, а к трассе. Вдруг сильно захотелось очутиться, как можно дальше отсюда. Пролететь сквозь пространство быстрой и звонкой стрелой, оказаться где-нибудь очень далеко. Например в Австралии. Хотя нет, фауна там не подходящая моей нервной системе. Тогда в далёком теплом Таиланде, на берегу моря. Стоять, смотреть на ночной прибой и поддавшись его шепоту отпустить все плохое. Слиться с волнами в неспешном движении, раствориться в его ласковых водах. Чем дальше я отходила, тем сильнее накатывало понимание того, что произошло. Три года я сохла по этому парню! Три долгих года! Придумывала его образ, лепила идеал. Как Пигмалион, творила и влюблялась в дело рук своих. Может не так неправа была Вика давая Димке нелестные характеристики? Или сейчас во мне говорит обида? Ведь выбрали не меня. Забрав свои вещи я вышла из дома одновременно со Светой и слышала, как в такси парень назвал адрес. Поедут к нему значит, продолжать свое слюнявое веселье. Ну и черт с ними. Почему я решила, что именно Дима тот кто мне нужен? Что его весёлый позитивный характер, лёгкость и бесшабашность отгонят прочь тени прошлого. Развеют это чувство ненужности и тоски. И вместе нам будет хорошо. Мы не станем оборачиваться назад, чтобы не видеть прошлых бед. Будем идти вперёд вместе, с надеждой и любовью по обе стороны от нас. Бред! Напридумывала себе идеального парня, и при первых же его проколах испытала разочарование. Отрезвление. Ну какой из него спаситель? Сегодня он целует одну, завтра другую, послезавтра вообще объявит себя коммунистом или хипстером. Ненадежный, правильно Вика сказала. А если верно это, может и остальное так? Что, там было, скользкий, дурковатый, мне не подходящий. Стоит прислушиваться голосу разума, то есть к Вичкиному, хоть иногда.
Так полная разочарования к Димке и немного к себе я шла вдоль трассы. Зачем, куда? Словно на автомате. Наверное просто подальше от увиденного, ага-ага, пешком в теплый Таиланд. М-да. В какой-то момент кусты справа зашуршали и оттуда выпорхнула ночная птаха. Блин! Да вы же спать должны! Рефлекторно отскочила в сторону, быстро одним дурацким прыжком. Прямо под колеса. Далее удар, короткий полет, состыковка головы с асфальтом и саундтреком громкий мат водителя. Занавес. Темнота. А в темноте знакомые лица. Опять. Искаженное испугом лицо отца и сонное, удивлённое лицо мамы.
Сознание возвращалось очень странно. Какими- то рывками. С короткими перерывами на периоды абсолютной темноты и тишины. Первый фрагмент меня не очень аккуратно укладывают на заднее сидение авто. Молодой мужской голос матерится и обзывает меня всяко-разно. Далее яркий свет бьющий с потолка и стремительное движение от которого начинает сильно тошнить. Следующий кусочек реальности строгое лицо врача, внимательные серые глаза и движение губ, но звука нет. Затем странная девушка ставящая мне капельницу, она кажется мне прекрасной, невероятно красивой. Но вдруг свет преломляется так, что ее лицо искажается, сереет, идёт некрасивыми складками, а из рта виднеются клыки. Наконец сознание словно сжалившись отключается надолго. На какое время точно не скажу, но придя в себя капельницы я не обнаружила, палату наполнили синие осенние сумерки. Значит прошли почти сутки. Кое-как собравшись с силами я встала с кровати и ощупала себя. После ревизии оказалось, что ладони стесаны, на коленках раны заклеенные пластырем, на голове шлем из бинтов. И при всем этом на меня надета просторная сорочка до колен в весёленький жёлтый цветочек. Кряхтя и постанывая я поплелась в коридор. Там было светло, и как-то уютно что ли. Пахло лекарствами и немного хлоркой. Решив во что бы то ни стало раздобыть свой телефон медленно пошла искать хоть кого-то из медперсонала.