- А? К-крысы? Поняла. - мелко закивала головой, рассеяно обводя взглядом дверь.
- Соберись! Что-же ты такая хилая? - Кай встряхнул меня за плечи, уже понимая, что перегнул палку в своих угрозах, но сожаления или вины не показывал.
- Давай, остался подвал и уходим.
Едва мы зашли в подвальное помещение я почувствовала угрозу. Пока слабую, но исходящую буквально отовсюду. Словно сами стены были ею покрыты, как краской. А пройдя с десяток шагов мы услышали, как дверь за нашей спиной щёлкнула. Кинулись обратно и точно. Нас заперли. Наставник стал возиться с замком, а я вспомнила засов, что стоял снаружи за дверью и поняла, что его манипуляции сейчас бессмысленны. Осталось подождать, когда это поймет и он. Закрыв глаза, один хрен ничего не видно, постаралась немного прийти в себя. Вынырнуть из моря боли и ненависти, куда он меня скинул. Отвлечься. Да хоть на тот же подвал. Что он там говорил, крысы? Мысленно начала сканировать помещение. Не очень большое квадратов двадцать, ровной квадратной формы, заполненное тьмой по углам. Живой тьмой. Голодной.
- Бауки, - выдохнула едва слышно.
Кай перестал копошится, поднялся и настороженно огляделся:
- Твою мать!
- Мышка, сколько- он ухватил меня за плечи и подтянул к себе.
- Около пятнадцати. Нам конец.
Странно, но страха не было. Сухая констатация факта, "конец". Своими угрозами охотник не оставил во мне ни одного живого места, которое бы могло бояться или переживать за будущее. Я уже сломана. Разве есть разница, кто добьет? Кай или мерзкие бауки. Последние вероятно, будут даже гуманней. Охотник, тем временем что-то задумал, мы отошли на пару шагов от двери и он стал опускаться на пол. Сел по-турецки и дёрнул вниз меня. Усадил сверху. Лицом к лицу. Попой прямо в лунку его скрещенных ног. Взял лицо в ладони и заговорил:
- Мышка, что бы ты сейчас не увидела, пообещай никому ни слова. Это важно. Для твоей безопасности в первую очередь. Поняла?
Я оторопело смотрела на него, не понимая чего от меня хотят. Что я смерти не видела? Как мощные жвала бауков разрывают тонкую кожу, как хрустят кости в их челюстях? Б-ррр. Ну ладно, не видела. Но, как я об этом смогу рассказать, если буду переварена мерзкими монстрами? Кай двинулся кукухой. Однозначно. Поэтому я лишь кивнула.
- И не бойся. Я не могу тебя ранить или обжечь, поняла? Только не тебя. Кивни если услышала.
Я медленно кивнула все также смотря в его глаза. Зачарованно. Завороженно. Словно под гипнозом. В середине зрачка пылал огонь. Руки на моих щеках стали тёплыми, большие пальцы слегка гладили скулы.
- Не бойся моя маленькая. Замри. - легко поцеловал меня в губы, скорее успокаивая, чем лаская.
Огонь мелькал в зрачках, по рукам лились тонкие пылающие ручейки, за его спиной уже равномерно гудела стена пламени. Мы сидели, прижавшись друг к другу, в большом шаре, заполненном кислородом. Словно ребенок в безопасном тепле материнской утробы. А вот остальное пространство было поглощено огнём. Он не шел с пола или потолка, не было начала или чистого пространства. Только наша сфера, с двумя сплетенными телами. В остальном помещении царствовал огонь. Выжигая всю нежить, что таилась в углах. Поглощая тьму и ее мерзкие порождения. Байки мяукали протяжно и отчаянно. Пищали и скребли лапами о стены в попытке вырваться, спастись.
Я во все глаза смотрела на парня напротив. Кто ты такой? Почему мне так больно от твоих слов и так, спокойно от твоих действий? Почему ты перенес меня на другую сторону баррикад? Почему оттолкнул? Мог ведь и дальше дурить мне голову. Притворяться влюбленным, поцелуями и объятьями вытеснить из моей головы все сомнения и переживания. Я была готов обманываться вновь и вновь. А ты вот так? Осторожно коснулась пальцами щеки, провела и Кай чуть наклонил голову, ловя прикосновение кожей. Не желая его прерывать. И опять этот взгляд, словно я самое ценное на свете. Восхищённый и нежный. Проникающий в самую душу.
- Ты все же пламя. - погладила щеку ещё раз, поднимая руку и запуская пальцы в волосы. - Следовало понять это раньше, - слегка потянула за волосы и прошлась коготками по коже головы. Кай чуть откинул голову и прикрыл глаза наслаждаясь лаской.
- Ведь ты заставляешь мое сердце гореть. А я думала оно погасло навсегда.
Он открыл глаза и посмотрел пристально, словно все про меня понимая. Будто видя все мои пятнадцать лет ненужности и нелюбви в ускоренной перемотке.
- Кай, - прислонилась к его лбу своим. - Ты можешь не только гореть. Помнишь как пелось: "гори, чтобы светить". Свети для меня, пожалуйста. - Осторожно прикоснулась к его губам, понимая, что это скорее всего прощание. Последний раз когда мы открыты друг перед другом и можем не притворяться и не надевать свою защиту. Свободные, уязвимые, искренние. Последний раз.