— А раньше он этого вспомнить никак не мог, — проворчала Фруд.
Серебро, значит. Нет, пожалуй, она может сделать это немного по-своему.
Фруд щёлкнула по медальону, подкатив его по столу к Морене.
— Нет, спасибо, я тогда сделаю это чуть иначе. Верни ему. Мне кажется, для него это что-то значит, — неспроста ж туда их повёл. Осознанно или неосознанно, но причина какая-то была.
Морена, поколебавшись, сжала предмет в руке. Вот и чудно.
Фруд встала, заправила за ухо выбившийся локон, и вспомнила самое главное.
— А, к слову. Дружить давай? — жизнерадостно предложила.
***
Шакс сумел делать вид, что он тут совершенно не при чём, целых полтора дня. Даже при золотистой девчонке удержал спокойный вид.
А на вторую ночь поймал себя на том, что смотрит в потолок и не может уснуть.
Не то чтобы он волновался за мальчишку — неприятности он притягивает, но при этом как будто бы и неуязвим.
…про Алекто он тоже так думал.
Шакс резко сел и уткнулся лбом в ладонь. Девчонка предположила, что тот сбежал в какое-то знакомое место, чтобы там успокоиться: мол, в приюте он так делал, но убегал то в лес, то на чердак. А он, возможно, и знал его знакомые места — мальчишка болтал как проклятый, рассказывая всё, что узнавал, делясь новой информацией, да вот беда в том, что он довольно долго его не слушал, раздражённо пропуская всё мимо ушей, лишь недавно начав его хоть как-то воспринимать… Не то чтобы всерьёз, но всё же с каким-то, наверное, интересом. Или с виной. Да демон знает!..
Ну вот про что он говорил? Про парк, площадь, лавки какие-то, но это всё совершенно не уединённые места. Про эту несчастную недомогилу, куда он вообще неизвестно зачем полез, но не мог же он туда вернуться?
(А Алекто вообще куда-то уходила, кроме своей комнаты? Её же никуда одну не пускали, потому сбегали они обычно вдвоём.)
А может, и мог. У него же реально других мест нет. В приют он бы не потащился, сестра бегала по стране, разыскивая его, друзей не было, а к нему он не посчитал нужным явиться. Ну что ж, молодец, Шакс, хорошо выдержал дистанцию — с проблемами к тебе не пришли, мрачно заметил он.
Только не рад этому почему-то.
Шакс скрипнул зубами и встал, в сердцах сообщив пустоте:
— Да схожу я за ним, схожу.
Как будто Алекто могла бы его слышать. Она бы скорее сторожила своего ребёнка.
Да, он жалел, что её не спас.
***
Соседская семейка, наверное, его прокляла, когда он посреди ночи упорно стучался к ним, а потом ещё и потребовал лошадь получше, но сумма, которую он им выплатил, должна была немного сгладить впечатление.
Верхом Шакс не ездил лет восемь точно, да и лошади он тоже как-то не слишком понравился, но что есть, то есть. По крайней мере, дорогу он всё ещё помнил, да и ночные прогулки неизвестно где для него были не в новинку, это ещё довольно безобидный маршрут.
Остановку он сделал только на рассвете, чуть в стороне у дороги, хотя и выдохся куда раньше, вяло осознавая, что от таких нагрузок отвык и очень желая вернуться обратно.
Ехать не хотелось, идея казалась очень глупой, но и импульсивный подросток не особо умом отличался. Вроде шестнадцать, а мальчишка мальчишкой.
(Кто бы говорил.)
Шакс раздражённо вздохнул, убирая выбившиеся пряди волос за уши и отпивая крупными глотками разумно прихваченную с собой воду. Ещё пара часов езды, убедится в том, что там никого нет, и обратно. Хотя, чем ближе он был, тем больше думал о том, что это действительно в духе мальчишки, неспроста это место первым полезло ему в голову.
В кустах шевельнулась тень — Шакс скосил туда глаза, отвлекаясь от невесёлых мыслей, и медленно, деланно небрежно убрал флягу. Диких зверей в окрестностях почти не было, всех перебили, как и различную нечисть. Третья с конца правительница, королева Персиа, немного переборщила, делая страну безопасной для её жителей — поэтому кроме людей здесь почти никто не жил. В глубине лесов могло что-то схорониться, домашний скот остался да кого-то разводили специально для охоты. Так что выбор был один из двух: или разбойники, или обычные воришки.
Тень метнулась к лошади — Шакс едва дёрнул рукой, заставляя ветви куста потянуться за нападающим. Ветки затрещали, длины не хватало, но споткнуться его заставили.
Человек. Оценив ситуацию, Шакс подействовал уже более направленно, зацепив каким-то корнем его ногу, а блеснувший в руках нож заставляя выпасть.
Слабовато, признал он. Новичок, что ли? Судя по коротким волосам и крою одежды — бедняк, судя по прочертившему лицо шраму и смуглой коже — какая-нибудь очередная жертва войны. Мальчишка смотрел злобно, поэтому Шакс наклонился и забрал нож, размышляя, сдать ли его в лапы местной страже. До городка уже рукой подать.
Парнишка выругался сквозь зубы, дёрнувшись, и даже почти освободился, но Шакс просто лениво повторил трюк.
— Думаешь, увёл бы? — кивнул он на лошадь.
— Они меня слушают, — прошипел мальчишка, и Шакс на всякий случай отступил от лошади в сторону. Хотя, без прямого контакта, — вряд ли тот что сделает.
Обычный мелкий воришка. С одной стороны — да и поделом ему, раз не научился не попадаться, значит, расплачивайся (это, пожалуй, казалось ему куда более, чем возможный вред — когда почти вся твоя родня занималась сомнительными делами, это кажется пустяками), с другой, почему-то Веель в такой же роли представлялся слишком хорошо. Особенно, если бы у него не было влияния извне вообще.
Шакс закатил глаза и фыркнул, всё-таки направившись к лошади. Неспешно уложил немногочисленные вещи, периодически обрывая попытки пленника вырваться, хоть и злобные, но по-прежнему неуклюжие.
Ещё и или вести его, или как-то покрепче связать и потом вести сюда стражу… Терять время.
Шакс вскочил на лошадь и хмыкнул, отпуская путы:
— Хоть противников научись выбирать.
Да, он жалел, что предпочёл забыть про мальчишку… племянника.
***
Ворота оказались, внезапно, заперты. Шакс привязал лошадь к ограде и подумал, что вполне может взломать замок, но вот закрыть его обратно — вряд ли, а он не был уверен, что стоит оставлять его открытым.
Вообще, по-хорошему, стоит переворошить документы и настоять на том, чтобы особняк всё же снесли, но решать мальчишке — его ведь бывший дом.
Шакс чертыхнулся и полез через забор, думая о том, что такими темпами он скоро развалится. Кучу лет никуда не выбирался толком, а тут за ночь столько всего, будто ему двадцать, а не сорок восемь.
К счастью, место после трагедии и за прошедшие годы потеряло свой вид и напоминало прежний особняк очень отдалённо, да и был Шакс здесь совсем мало и редко, потому лишних ассоциаций не было, и, даже перебравшись через забор, он ничего не почувствовал.
Вот цирк будет, если тут никого нет и не было.
Входную дверь можно было назвать запертой лишь с очень большой натяжкой, так что Шакс прошёл дальше без проблем и огляделся, размышляя, как быть дальше.
Состояние дома было отвратным, да и тут всё промёрзло — холода всё ближе, а Шакс сомневался, что Веель как-то утеплился или умеет зажигать огонь… Хотя здесь, кажется, и с умением этого делать не стоит, на это даже у него такта хватит.
Шакс вздохнул и с деланно вежливым видом постучал по стене у входа и направился дальше по коридору.
Там была столовая, там кабинет, в котором Алекто как-то холодно его приняла. Кажется, это было до рождения Вееля, так сколько же всё-таки раз он тут бывал? Пересчитать можно по пальцам одной руки, но события сплелись в одно, и он, к своему неприятному удивлению, чувствовал себя слишком раненным, чтобы расплетать этот клубок невнятных образов.