– Познакомьтесь, это мой карлик, маленький Джим. Покажи им свои мускулы, маленький Джим! Ты и не знал, что они у тебя есть, пока не пришел работать ко мне. – Он отечески потрепал Джима по затылку, велел сесть на табурет у очага и вести себя тихо.
Официантка поставила перед Джимом миску горячего рагу и маленький стаканчик эля. К этому моменту мальчику с трудом удавалось держать глаза открытыми. Не успел он разделаться и с половиной порции, как звуки вокруг слились в одно сплошное бормотание – оно разливалось вокруг, словно огромное темное море, и тихо плескалось у ног, как когда-то давно. Джим соскользнул в это море, которое не было морем, а было колыбелью с теплым и мягким бельем, и она покачивалась вместе с ним, как если бы он был младенцем.
Послышался грохот, и он резко проснулся, обнаружив себя лежащим лицом на древесных опилках, его миска с рагу разбилась и выплеснулась в очаг. Ник взвалил его на плечи и вынес из пивной под всеобщий смех. Он усадил мальчика на лавку в темноте, Снайп рычал у ног.
– Жди здесь, – рыкнул Ник и вернулся в пивную.
Джим был рад оказаться на улице, где прохладный воздух ласкал его щеки. Он слышал, как Грязный Ник что-то рассказывает громким и хвастливым голосом, а затем смеется резким, лающим смехом. К Джиму присоединились другие дети, они сидели на корточках или тихо стояли и ждали, когда из пивной выйдут хозяева и принесут еды или денег. Джим немного приободрился. Он был единственным ребенком, в руке у которого был стакан с пивом. Он жалел, что не может получить обратно свое рагу из баранины.
– Ты с Грязным Ником? – спросил один парень.
Джим кивнул и сделал глоток пива из стакана, скривившись от горечи.
– Его предыдущего помощника забрали в госпиталь, – проворчал мальчик. – Ужасно избил он его.
– Он не будет бить меня, – заявил Джим, в котором говорила пивная бравада. – Я сам его поколочу.
Дети захихикали, закрывая рты ладошками и бросая друг на друга понимающие взгляды. Джим размышлял, продолжая потягивать свой эль. Некоторые дети спали прямо тут, прислонившись друг к другу. Одна группа детей сообщила ему, что они – полевая банда и собираются идти со своим предводителем копать репу на фермах. Наконец из пивной стали выходить хозяева, и дети по одному разбежались, зажав в кулаках монетки. В конце концов вышел и Ник, излучая дурное настроение и заполняя им холодную ночь.
– Джим, растяпа, тебе пора вести меня домой, – рявкнул он так, словно Джим был где-то далеко, на расстоянии пары миль, а не стоял рядом, и всем весом привалился к плечу мальчика.
Они направились туда, где была пришвартована «Лили». Ник, спотыкаясь, побрел к своей грязной постели в трюме и прохрапел всю ночь, и храп его был похож на звуки горна.
Джиму показалось, что он только что уснул, когда его разбудил грубый пинок. Ник, зевая и кашля, заставил его подняться на ноги.
– Шевелись! – закричал он. – Волна разворачивается!
Джим, пошатываясь, поднялся. Внутри у него все трепетало от восторга, словно зажженная в душе маленькая свечка. Настало время им идти вниз по течению. Под ногами у него негромко рокотала «Лили». Джим сбегал на верфь и принес воды, а Ник постучал в двери ближайшего дома и вернулся обратно с горячим хлебом, замотанным в тряпку. К этому моменту вода уже плескалась под днищем лодки. Она чуть сдвинулась вниз по течению, Ник швырнул на палубу веревку и прыгнул на борт. Мечта Джима воплощалась в жизнь. Они направлялись к морю.
15
Джош
Грязный Ник стоял с длинным веслом, опуская его в воду и направляя «Лили», вместе с ней шли другие баржи и парусные суда. Лодочники ругались и оскорбляли друг другу – все пытались найти работу первыми. Джиму «Лили» казалась похожей на морскую птицу, неспешно плывущую по бурой реке. Даже свист и ругань Ника не мешали ему испытывать восторг. Он оглянулся назад и увидел город с висящей над ним черной пеленой дыма, увидел руки перекинувшихся через реку мостов, медленное движение парусных судов, похожих на черных лебедей. Он слышал шум воды, ударявшейся о борта «Лили», постоянные всплески длинного весла Ника – и все эти звуки заглушали крики чаек. Ничего, даже все ужасы прошлого года, даже испытанная в последние два дня боль, даже страх перед Грязным Ником и Снайпом не могли заставить его перестать наслаждаться путешествием. Казалось, начинается новая жизнь.
Наконец они подошли туда, где на якоре стояли большие корабли. Прошли вдоль борта огромного угольщика «Королева Севера», там Ник опустил весло и громко свистнул. В ответ на это ему сбросили веревочную лестницу. «Лили» болталась на воде, а Грязный Ник вскарабкался по веревочной лестнице и оказался на борту угольщика. Джим глядел ему вслед, мальчику очень хотелось пойти вместе с хозяином. Ник крикнул ему сверху, чтобы он открыл люк трюма. С помощью грузового крана с борта «Королевы Севера» начали медленно опускать корзину, полную угля. Ник спустился по веревочной лестнице и свистнул.