— Люблю, — подтвердил Антон.
— Она поняла это. Отсюда психотравма. Еще поняла, что как женщина, ничего тебе не может дать, а с другими тебе, в целом, было неплохо. Решила, что она им не конкурентка и нет никаких шансов тебя удержать. Короче, на пару месяцев клиника ей гарантирована — и никаких свиданий. — Креил встал, тяжело вздохнув. Джулия уже должна была очнуться, но идти к ней и объяснять все это у него не было сил. Она действительно лежала, прикованная к операционному столу, и безутешно рыдала. Дежурный врач уже собирался разыскивать Креила, чтобы выяснить, что делать с ней дальше. Увидев его, Джулия подняла голову, но в ее взгляде не было надежды.
— Вы меня зондировали? — Почему-то мысль о том, что Креил работал с ее головой, причинила ей боль, и это очень обеспокоило его.
— Еще и оперировал. — Креил садился на стул рядом с ней. — Только не пойму, почему это так не понравилось тебе?
— Вы меня будете лечить? — не ответила Джулия на его вопрос.
— А ты против? — его все больше удивляло это.
— Против. Я прошу, чтобы мне назначили другого врача, с более низкой квалификацией, — очень настойчиво попросила Джулия.
— Но почему? — Креил нахмурился, и она почувствовала, что ему надоело выяснять и сейчас он просто влезет в ее голову, чтобы понять, в чем дело.
— Не нужно, Креил, я и так объясню, — Джулия вздохнула. — Вы видели мой регрессивный счет?
— Зачем мне его видеть? — удивился он.
— Там уже такие цифры, что если я не прекращу пользоваться услугами столь высокооплачиваемых специалистов, как вы или Советник Строггорн, мне никак не отработать его до пятидесяти лет, а тогда я просто состарюсь и умру без омоложения, — объяснила Джулия.
— Странно, мы никогда не относили сумму оплаты на твой счет.
— Лечили бесплатно? Это неважно. Как только Машина проверила мою медицинскую карту, она самостоятельно перебросила деньги за лечение. Я сделала специальный запрос и выяснила, что, хотя это и неполная оплата, вы же не фиксировали время работы, она сделала приблизительный расчет, примерное время работы, стоимость замененных органов, лечение в клинике. Посмотрите, даже на вас это произведет впечатление.
Креил подошел к телекому, запросил счет Джулии и с изумлением уставился на дикие цифры.
В Аль-Ришаде нельзя было умереть с голоду. Даже если человек не работал, все равно ему предоставлялась небольшая квартира, талоны на питание и минимальное медицинское обслуживание.
Как только рождался ребенок, на его имя открывался регрессивный счет, на котором начинал накапливаться долг государству. Сюда входило все: начиная от медицинского обслуживания и кончая стоимостью обучения. До тридцати лет кредитный лимит был практически неограничен, но уже после этого возраста человек должен был начать возвращать долги государству. В пятьдесят лет наступал срок полного омоложения — крайне дорогостоящей процедуры, позволяющей значительно продлить жизнь. Если денег на счету не оказывалось — оставалось умереть от старости.
Джулия была права — у нее не было никаких шансов отработать такую колоссальную сумму до пятидесяти лет, а мало ли какая еще помощь могла ей понадобится? У Машины была очень хорошая программа определения затрат времени работы хирургов при таких сложных операциях, хотя в этих случаях специально шло занижение в меньшую сторону, чтобы сократить конфликты, и все было определено с достаточно большой точностью.
Креил связался с Линганом и спросил его, можно ли что-нибудь придумать. Немного поразмыслив, они решили выдать Джулии премию от имени Совета Вардов за помощь в раскрытии инопланетной агентурной сети в размере, перекрывшем стоимость лечение. Совсем баловать и обнулять ее счет не стали, чтобы не лишать стимула к дальнейшей работе.
Довольный, Креил вернулся и сообщил ей об этом.
— Теперь не будешь отказываться от моего лечения?
— Не буду, — немного успокоилась она. — Что со мной?
— Ну вот, добрались до классического вопроса. — Улыбнулся Креил: Джулия сама обучалась на Вард-Хирурга и прекрасно поняла его.
— Я все помню.
— Это хорошо. И что ты помнишь?
— Обязательно рассказывать? — уточнила Джулия.
— Очень не хочется? Можешь просто представить мысленно, лучше в образах, я хочу послушать восприятие, насколько все болезненно. Если честно, нет ничего хуже лечить Вардов, сами врачи, все знаете лучше меня.
— Не знаем мы лучше вас. Никто столько лет этим не занимается.
Креил встал, раздвинул ей ноги и начал подключать сложную аппаратуру, чем привел Джулию в изумление.