Мама великодушно покупала мне время от времени карандаш за карандашом, пока не собрались все цвета, кроме белого.
Однажды мы с мамой пришли в магазин под названием «Мосторг» (в моем восприятии это звучало как «Восторг»), и где-то на третьем этаже продавщица показала мне белый карандаш. Я бы не поверила, но он был заточен! Продавщица почиркала им на обороте сине-зеленой квитанции. Карандаш оставлял белые следы!
Не помню, чтобы я им рисовала. Листы в моем рисовальном альбоме были белыми. Но какая-то законченность была в этом мире: у меня есть белый карандаш!
Я помню 9 мая 1945 года
Это одно из ранних воспоминаний жизни.
Мама нарядила меня в розовое платьице. Для этого она посадила меня на стол в нашем деревянном домике на окраине Москвы.
День был солнечный, радостный. Я знала, что это День Победы. Все вокруг было пронизано небывалой радостью.
Мой папа тогда еще не пришел с войны. Он пришел намного позже. Именно пришел. Пешком. В пыльных армейских сапогах, в запыленной гимнастерке. И его яркие белые волосы (которые я унаследовала) тоже как будто покрылись пылью. Пылью войны. Навсегда.
Нинель Добрянская
Крыска-лиска
Идёт война. Уже более года в Запорожье хозяйничают немцы, и мы живём в режиме оккупации. Постоянно патрули с собаками обходят наш район. Проходят и мимо нашего барака. На это время жизнь вокруг замирает, дети прекращают игры, прячутся в подвале и со страхом наблюдают через маленькие оконные проёмы за происходящим. Но моё внимание сосредоточено на другом. Впервые немецкие патрули проходят так близко от нашего укрытия. Я, пятилетняя девочка, не могу оторвать от их собак влюблённого взгляда. Какие эти овчарки красивые! Их серая с желтовато-серебристым отливом шерсть лоснится в лучах заходящего солнца. Как мне хочется дотронуться до неё! Но делать этого нельзя. А, собственно, почему? Зачем я должна прятаться, как мышь, и только взглядом провожать своих любимцев? Протискиваюсь через низкий оконный проём и вылезаю наружу, не обращая внимания на свою старшую подружку Зину, которая пытается меня остановить:
— Куда ты так торопишься? Они ещё не все прошли! Остановись, дурочка! Тебя же загрызут!
В этот момент последний патруль поравнялся с нашим бараком, и я во все глаза уставилась на овчарку.
— Какая же ты красавица! — вырвалось у меня. И в тот же миг я погладила собаку по мягкой шерсти, вложив в ладонь всю свою любовь к этому животному. Моё признание не осталось без ответа. Овчарка остановилась, посмотрела на меня добрым, ласковым взглядом, который говорил мне: «Спасибо!» При этом она дружелюбно виляла хвостом, всем своим поведением признавая во мне любящего друга.
Немец поначалу опешил, не ожидая от меня такой решительности. Но, видя, что его собака признала мою ласку, похлопал меня по плечу и сказал на прощанье: «Гут, гут! Карашо!» А я с тоской смотрела ему вслед, завидуя, что у него есть красивый, преданный друг, которого можно водить на поводке.
После этого случая во мне загорелось желание иметь такую же овчарку и всюду водить её за собой. Я обследовала весь наш квартал в надежде найти собаку, похожую на ту, которая теперь неотступно стояла перед моими глазами. Наконец, мне удалось найти, что я искала. В караульном отделении немецких казарм за проволочной сеткой, на траве возле своих будок расположились собаки. У забора лежала самая большая. Она кормила щенят, а потом, ласково покусывая, отогнала их от себя. Я стояла и наблюдала за ними, как зачарованная. На следующий день я привела туда наших ребят, чтобы и они могли полюбоваться на весёлую семейку. Это место стало нашим любимым. Мы приходили сюда и смотрели на пушистых, круглых, как колобки, щенят. Как они потешно резвились! Их игры не надоедали, и мы не отходили от сетки до тех пор, пока нас не отгонял патруль.
Неудивительно, что я страстно захотела иметь такого щенка. Но как сказать об этом маме? Я всё ходила вокруг неё и вздыхала, пока она не обратила на меня внимания:
— Ты, случаем, не заболела? — с тревогой спросила она, целуя меня в лоб.
— Нет, мамочка, я совершенно здорова и буду во всём послушной, только выполни мою единственную просьбу: я очень хочу щеночка. Он такой хорошенький! Я покажу тебе, где он живёт. Я сама выращу его, он станет нашим защитником и будет ходить со мной на поводке.