Одежда Паталы показалась нати слишком скромной, поэтому они решили одеть её на свой вкус. И вскоре невеста явилась на суд Радхи в длинной и широкой, расшитой по подолу кусочками слюды, юбке и короткой кофте. Пахучие цветы во влажных волосах и обилие украшений придали очарование её смуглой коже и блеска подведённым сурьмой глазам.
- Ну, вот! - заявила Радха, - Другое дело. Сразу видно, что невеста. А то так и вышла бы замуж в своей старой козьей шкуре. - Она пригорозила шавани палкой, на которую опиралась, - Смотрите мне!
Вертевшийся радом Васишта заявил Патале, что она такая красивая, что он сам готов на ней жениться, но боится охотника. Саргай так лихо зарезал козу, что зарезать соперника ему тоже ничего не стоит. Женщины засмеялись, а Радха, по своей давней привычке препираться с Васиштой по всякому поводу, проворчала:
- Если дойдёт до резни, то я попрошу Саргая отрезать сначала твой никчёмный язык, а потом сама его выброшу в озеро.
- Не делай этого, Радха. Глупые рыбы сожрут мой язык и станут говорящими.
Радха тяжело поднялась, опираясь на свою палку.
- Вот только говорящих рыб нам на свадьбе не хватало! Пойду, скажу асите, пусть привяжет тебя к какому-нибудь дереву подальше отсюда, чтобы не слышать твоей болтовни, обезьяний сын.
- Патала, - закатил глаза Васишта, - ну хоть ты заступись за меня. Эта старая злая женщина решила уморить меня прежде, чем я повеселюсь на твоей свадьбе. Учти, Радха, я стану плакать на привязи и выть изо всех сил. Все волки с округи соберутся пожалеть меня.
- Может, и сожрут заодно.
- Я так и знал, что тебе меня не жалко. Пойду, попрощаюсь с Кало.
- Не заболтай его до сметри, парень и так еле дышит.
- Ему нравится моя болтовня, - Васишта скорчил рожицу вслед уходящей Радхе и побежал к повозке, где лежал Кало.
Ему не терпелось рассказать другу, какая вокруг суматоха, кто что делает, как одета невеста. Слушая товарища, Кало загрустил.
- А я, наверное, никогда не женюсь.
- Почему не женишься? - удивился Васишта. - Тебе же понравилась Рамила. Проси аситу, он отдаст.
- Да разве пойдёт она замуж за калеку? На меня теперь ни одна девушка не посмотрит. Разве что та демоница, которую мы встретили на базаре.
- Брось, Кало. Демоница не в счёт. Она может пялиться на тебя сколько угодно, но замуж за тебя ни за что не пойдёт. А Рамила пойдёт, она добрая. Вот поправишься, я сам пойду просить аситу.
Васишта ещё немного поболтал с другом. Потом разыскал Лали и помог ей собрать хворост, а потом отправился с Майей встречать служителей. Очень уж не терпелось им посмотреть, что те купили. Однако, увидев на тропинке Саргая, они тут же бросились назад с воплями: "Жених! Жених!"
Охотник был одет в новую рубаху и штаны, а на голове у него красовался оранжевый тюрбан. Он словно сбросил несколько лет и совсем не был похож на вчерашнего хмурого и усталого мужчину. Увидев приготовления, Саргай отыскал глазами Паталу и, прочитав ответ на её лице, скрипнул мышцами и раздвинул губы в счастливую улыбку.
Асита благословил жениха, положив руку ему на голову, но для порядка решил всё же поговорить с ним.
- Скажи, Саргай, почему ты берёшь в жёны Паталу? Ты же знаешь, что она - шавани.
- Знаю. Знаю и то,что шавани - хорошие жёны, заботливые и преданные. Мне повезло, что Патала согласилась.
- Но слышал ли ты, что людей-собак теперь убивают?
- Слышал. Да только кто будет искать в горах одинокого охотника? Я позабочусь о Патале, и о маленьком шави тоже. Их никто не обидит. Я научу шави охотиться. У него острый глаз и отменный нюх. Из него выйдет отличный охотник. Моей жене не придётся плакать и голодать, обещаю.
- Смотри, ты обещал. Великий Яма спросит с тебя за неё.
- Да, - серьёзно согласился Саргай.
Пока они беседовали, вернулись закупщики. И сразу же закрутилась праздничная суета, вовлекая в свой водоворот весь табор. Разделывалось мясо, готовились кушанья, горели костры. Столбики навеса, новобрачных и даже жреца увили гирляндами. На голову невесты набросили тончайшее красное покрывало и подвели к жениху.
Музыканты заиграли. Они часто играли на свадьбах и были единственными в таборе, кто знал, что и как нужно делать. Выслушав их, асита внёс свои небольшие поправки в обряд. Он связал руки жениха и невесты красной лентой и обвёл вокруг костра восемь раз в честь восьми Матерей, призывая каждую из них с новым кругом, и у каждой он просил милости для новобрачных.