- Макс! - только и смогла выдохнуть я, а потом он подхватил меня и закружил, как всегда, когда мы долго не виделись.
- Гретхен, познакомься, это Марта, наша бабушка.
Кажется, я забыла закрыть рот. А она обняла меня так, как может обнять только бабушка, прижала к себе и пробормотала:
- Девочка моя... Маргарита... Какая же ты выросла красавица! - кажется, я всхлипнула. А она поцеловала меня и прошептала: - Нам нужно очень о многом посплетничать. Но сначала я хочу поздороваться с Велкалионом.
Я вздрогнула и перевела взгляд на нашего чудика. Вокруг него уже образовалась толпа. Два совершенно одинаковых эльфа и две такие разные девушки не желали выпускать его из объятий, но сразу расступились, смеясь, сияя улыбками, едва Марта шагнула к ним.
- Вел! - в ее глазах стояли слезы, но лицо выражало покорность тому, что нелепое зрелище не изменилось за многие годы. - Ох, Вел!
А потом она обняла его. Обняла так же, как минуту назад, меня. И мне захотелось взвыть. Да куда ж она смотрит-то?!
Все произошло слишком быстро и как-то сумбурно. Нам представили близнецов-эльфов и девушек-ундин. Кантариэль и Зантариэль были вежливы, но по мне лишь скользнули взглядами. Ася заинтересовала их гораздо больше. На Артема вообще почти не обратили внимания. А потом, узнав у Вела новости, эльфы, включая моего делового братца, сорвались навестить Питера Уитлрока. Ундины несмотря на наши предупреждения, что к публичным людям не так легко подобраться, помчались искать Гордона Лэндсхилла. А мы снова остались вчетвером. Растерянные, одуревшие, шокированные. Я не хотела заморачиваться на том, что мои брат и бабушка живут какими-то великими идеями и думать забыли о еще одной родственнице. И не хотела осмысливать, как изменился Макс. На стене искушением мерцал портал. Войти? Но я не могла оставить Вела. И Асю. Да и Артема тоже. А еще тот светозарный эльф, чей образ никак не хотел покидать моего внутреннего зрения, тоже ускакал на подвиги вместе с моей юной бабушкой. Трудно сказать, что бы я предприняла в итоге, если бы не Ася. Вел все еще прибывал в печали, а наша бизнес-леди уже осмыслила ситуацию.
- Похоже, мы опять продемонстрировали горячо любимой бабушке не лучшую ипостась нашего друга, - хихикнула она.
- Да уж, - отозвался Артем, все еще мечтательно взиравший на захлопнувшиеся за гостями двери номера. Я попыталась собрать разбегающиеся мысли. - Вел, тебе нужно переодеться, пока они не вернулись.
- Зачем? - печально вопросил страдалец, явно еще не пришедший в себя, так же, как и мы.
- Наш девиз «Солидность и сексуальность»! - постановила Ася. - Это про тебя, между прочим.
Вел как-то странно покосился на нее, подумал, а потом заявил:
- Не хочу!
- Чего? - совсем развеселилась бизнес-вумен. - Солидности? Или сексуальности?
- Солидности, - на полном серьезе сообщило ушастое недоразумение.
- Да-а-а? - протянули мы все хором.
- Угу, - мрачно отозвался эльф. - У меня солидность с эльфийским гонором ассоциируется. Ну его на фиг.
- Ладно, - легко согласилась Ася с внезапно прорезавшейся игривостью, - а сексуальность-то чем провинилась?
- А на фига? - вызверился вдруг Вел. - Ты, правда, считаешь, что это главное?
- Ну-у-у... - Артем задумчиво потеребил подбородок, - главное или нет, а иногда очень необходимое.
- Вот когда станет необходимо, тогда и появится, - фыркнул дедуля таким обиженным тоном, что мы переглянулись.
- Вел... - начала Ася снова, - она же просто так не появляется. К имиджу, знаешь ли, привыкнуть нужно.
- Думаешь? - Вел покосился на нее с каким-то несвойственным ему злорадством. - Думаешь, к такой ерунде действительно нужно привыкать?
- Уверена! - не сдалась та.
- Ну, привыкай, раз тебе надо.
И он запел. Нет, он не запел. Он заговорил, но заговорил так...
Я никогда не испытывала на себе действия афродизиаков, но почему-то очень сомневаюсь, что оно может быть настолько направленным. Мир перестал для меня существовать. Остался только Вел - самый прекрасный, самый желанный мужчина на свете. Я хотела его. Хотела так, что готова была умереть, если он не возьмет меня немедленно. Застонав, я сделала шаг к нему и краем глаза заметила, точно такое же движение справа. Ревности я не почувствовала. Мне было все равно, кто там что думает, лишь бы Вел обратил на меня внимание.
- Ах ты, засранец! Ах ты, провокатор ушастый! Ты что творишь! Ты на ком свои способности проверяешь?!
Наваждение разлетелось с хрустальным звоном, оставив после себя только смущение и слабость в коленях. Я недоуменно покрутила головой. Прямо в воздухе, уперев руки в бока, зависло крошечное создание, трепеща радужными стрекозиными крылышками. И оно очень гневалось на одного зеленоглазого чудика. А тот в свою очередь, видимо, принимал этот гнев весьма близко к сердцу. Вел медленно отступал от наседавшей на него малявки, и в глазах его застыли раскаяние и страх.