- Мне кажется, он увидел вас входящим в лифт и узнал. Он спрашивал, в каком номере вы остановились. Я, разумеется, не стал ему сообщать.
Портье явно напрашивался на похвалу в денежном эквиваленте, и я не стал его разочаровывать.
- И кто этот господин? - поинтересовался на всякий случай.
- Весьма приличный молодой человек...
- А почему столько сомнения в голосе? - усмехнулся я. - С ним какие-то проблемы?
- О, нет, сэр. Никаких проблем! Он остановился здесь с друзьями. Оплатил четыре люкса своей кредиткой...
- Но? - портье выглядел довольно комично. Создавалось впечатление, что он и обидеть постояльца не хочет, и в то же время не может найти для него достаточно обтекаемого определения.
- Он... он странный, сэр. У него платиновая «Виза», а одет он, словно подбирал гардероб в Армии спасения. А еще он все время улыбается. И у него такой голос... - на этих словах на лице портье появилась мечтательная улыбка, окончательно повергшая меня в недоумение.
- В самом деле? - мне стало интересно. Похоже, меня узнал не кто-то из коллег. Пациент? Кто-то из родственников пациента? - А имя у этого молодого человека есть?
- Да, сэр. Его зовут Вел Дебритеанна.
Я пожал плечами, поблагодарил портье и направился к стоянке такси. Имя мне ни о чем не сказало. Довольно странное имя, должен сказать. Если бы улыбчивый, одетый в обноски парень с платиновой картой, был моим пациентом, я бы его помнил. Я постарался выкинуть любопытного соседа по отелю из головы.
Не тут-то было. Почему-то он напрочь задержался где-то на грани сознания и мешал сосредоточиться на общении с коллегами. Это раздражало. Да и не только это. Прежде, чем я успел добраться до индийского врача, тот ушел. Как мне потом объяснили, его самолет вылетал еще до полуночи. У меня тоже был билет на ночной рейс, и я посчитал нерациональным терять оставшееся время на этой бессмысленной тусовке. Но ко мне обращались, мне приходилось отвечать, поэтому быстро уйти не получилось. И все же, направляясь в отель, надеялся успеть повидаться со странным парнем, который весь вечер занимал мои мысли.
Упаковать нехитрый багаж много времени не заняло. У меня еще оставался почти час, и я позвонил на ресепшен и попросил соединить меня с мистером Дебритеанна. На экране монитора появилась девушка. Самая обычная, довольно милая, несколько излишне серьезная для своего возраста.
- Добрый вечер, - она улыбалась дежурной вежливой улыбкой, но увидев меня, вздрогнула. - Ох! Мистер Уитлрок?! Вы ведь Питер Уитлрок, не так ли?
- Да, - я удивился. Девушку видел первый раз в жизни. - Мы знакомы?
- Н-нет... - протянула она, - конечно, нет. Просто Вел... я... видела все фотографии... поэтому узнала...
- Фотографии? - не понял я.
- Не важно, - отмахнулась она. - Вам нужно поговорить с Велом. Или с другими. Не со мной. Я почти ничего не могу сообщить, - я видел ее растерянность и никак не мог понять, в чем причина. Девушка нахмурилась, очевидно, что-то для себя решая.
- Так могу я с ним поговорить? - не выдержал я.
- Да нет его! - воскликнула она в сердцах. - Никого нет. Все помчались ловить Лэндсхилла!
- Ловить? Лэндсхилла? - ее слова звучали не просто странно, а даже немного зловеще. Я не знал, кто такой этот Лэндсхилл, но оказаться на его месте мне не хотелось.
- Он же тоже в Лиме, - ответила она невпопад, но тут же собралась. - Мистер Уитлрок, не могли бы вы перезвонить через час? Вам очень нужно поговорить с Велом. Это важно.
- Боюсь, что нет, юная леди, - я уже жалел, что вообще поддался любопытству, - через час я отправлюсь в аэропорт. У меня рейс в Британию в час сорок пять.
- О, нет! Мистер Уитлрок! Питер! Не улетайте! Задержитесь! Пожалуйста, задержитесь! - в ее глазах отразилась паника.
- Боюсь, это невозможно, - ответил я и собрался попрощаться.
- Это необходимо! - вдруг очень жестко сообщила девушка, которая так и не представилась. - Вел должен поговорить с вами о вашем отце.
Я не вздрогнул. Смысл ее слов просто не сразу до меня дошел. А когда мозг обработал, наконец, только что полученную информацию, меня затрясло от ярости. Я редко злюсь. Вообще редко позволяю себе поддаваться отрицательным эмоциям и уж тем более попадать в ситуации эти эмоции провоцирующие. А сейчас злиться стоило разве что на себя, на свое неуемное любопытство. Я не желал ничего слышать об отце. Кто бы ни были эта девушка, неизвестный мне Вел и таинственные «все», они сами не понимали, насколько запретную тему затронули. И если меня не собираются шантажировать, им лучше оставить меня в покое и забыть о моем существовании.
Понадобилось несколько мгновений, чтобы взять себя в руки. Девушка смотрела на меня с надеждой. По ее мордашке никак нельзя было сказать, что она замышляет что-то недоброе. Напротив, она выглядела так, словно думала, что меня обрадовала.