- Воевали и боролись не только мы на востоке Империи. Я слышал о том, что на западном плацдарме воинское подразделение целый месяц сдерживало прорыв чудовищ и командовала там женщина, истинная героиня Британии. Якобы, позднее с ее помощью был запечатан доступ монстрам и их слугам в наш мир навечно. Где она сейчас, наша героиня? Я хочу приветствовать ее и посмотреть ей в глаза.
Тоненькая, стройная женщина в армейской форме шагала с верхних рядов амфитеатра. Золотистая коса была переброшена через плечо, лицо закрывала тень, падающая от козырька кепи и все-таки, по мере ее приближения к сцене, лицо Императора постепенно меняло выражение. Удивленные операторы держали в фокусе его глаза, когда он вначале нетерпеливо улыбался, потом улыбка исчезла, сменяясь удивлением и неверием.
- Кэти? - шепнули побелевшие губы. - Это ты, Кэти? А Мартин, наш сын, что с ним?
- Он тоже жив, Маркус. - на весь зал, на всю страну разносились их слова. - Я видела, как очередь прошла через твое тело, как снаряд упал и разорвался там, где ты уже падал на землю. С высоты полета флаера было видно, как воронка дымилась на том месте. И я ушла воевать и мстила за твою смерть, за поруганную Британию, это был долгий и тяжелый год. И я счастлива, что вижу тебя живым, влюбленным и радостным. Британия, встречай своего Императора! - сказала она напряженно слушающему залу и наравне с другими аплодировала Маркусу, невольно замечая кривую улыбку на губах его жены и лед в ее темных глазах.
А между тем зал неистово скандировал:
- Да здравствует Император! Виват! Виват Императору!
Она спустилась со сцены, подошла к Маккерту, стоящему рядом с командором и тихо произнесла:
- Пойдем отсюда, муж мой.
Опешивший взгляд командора говорил о многом. Кэти не ошиблась, в голове великого комбинатора уже зрели планы по воссоединению Императорской семьи. И впервые в жизни Кэти не готова была идти навстречу этим планам.
- И когда только успели…- услышали они недовольное бормотание командора, уходя через толпу людей, расступающихся перед ними.
Брайан вел флаер молча, казалось, он с трудом сдерживается, чтобы не разнести на мелкие части консоль управления. Кэти задумчиво смотрела на него и не знала, с чего начать нелегкий разговор. Также молча они вошли в дом и тут уже она не выдержала. Ей казалось, словно что-то дорогое и очень важное для нее умирает сейчас, корчась от боли. Она шагнула вперед, заступая дорогу мужу и положила ладони ему на плечи.
- Ты разлюбил меня, Брайан? Не слишком ли быстро я тебя разочаровала?
Холодное, замкнутое выражение лица мужчины сменилось на растерянное и удивленное. Он обнял Кэти своими крупными ладонями и, заглядывая ей в глаза, заговорил быстро и горячо:
- Ну, что ты, Кэти! Что ты, маленькая моя! Как ты могла подумать о таком? Такого не случится никогда, чтобы я разлюбил тебя! Однако же, согласись, ситуация неоднозначная и на нас сейчас примутся давить. Командор, Большой Совет и кто попало начнут нас убеждать, что Императорскую семью нужно восстановить. К тому же Мартин является наследником, и даже в том случае, если вторая жена Маркуса родит сына, преимущественное право наследования принадлежит твоему сыну, Кэти.
- Ты не услышал другого, Брайан. - она улыбнулась мужу, словно все сказанное им было приятно для нее. - Мы прожили с Кенером пять лет и никогда, ни одного раза между нами не звучали слова о любви. Сегодня он на всю Империю заявил, что они с Ларой любят друг друга. Любовь, Брайан! Не сомневайся, все, кто смотрел трансляцию этой встречи, рыдали от умиления. Новую Императрицу примут с почетом. Зря я сомневалась в Маркусе, считая, что он не способен любить.
Давай побыстрее сдавай свои дела и мы отправимся за Мартином. Возможно, на днях мне придется встретиться с командором и Императором. Думаю, речь пойдет о коронации новой супруги Кенер. Хотелось бы, чтобы и ты принял участие в этих переговорах, будем вести свою линию, достаточно мы выполняли распоряжения и шли навстречу просьбам. Теперь я настроена соизмерять государственную необходимость с пользой для своей семьи. А моя семья — это ты и Мартин.
С нежностью смотрел Маккерт на жену. Казалось, он давно уже знал цельность ее характера, силу духа и чистоту помыслов. Однако же именно сейчас окончательно понял, что в ней никогда не нужно сомневаться, она не отступится, не уйдет в сторону в сложной ситуации. Да он, собственно, и не сомневался никогда.