Маркус несколько дней находился в состоянии глубокого горя, все его надежды на личное счастье были разбиты и он чувствовал себя совершенно несчастным человеком. С большим трудом он смог выбраться из этого состояния и полностью посвятил себя управлению Империей. Женщины, столь любимые им прежде, потеряли в его глазах некий романтический флер, так явно просматривался в каждой из них, претендующей на место рядом с ним, облик Лары. Он позволял себе телесную близость с некоторыми из них, отдавая дань потребностям организма, но никогда уже не увлекался никем. В глубине его души жила одна мысль — единственная, кто была достойна его доверия, это женщина, на которой он женился много лет назад и которая подарила ему сына, Мартина. И она исчезла из его жизни, не сберег.
И вдруг сегодня что-то живое дрогнуло в его душе.
Кэти!
Сумасшедшая надежда кружила ему голову и, как только Голубев вернулся в свой кабинет и пригласил его за собой, он, не раздумывая, произнес:
- Я хотел бы увидеться с Кэти Маккерт и со своим сыном.
Голубев замер, напряженно раздумывая, затем решился и кивнул головой.
- Хорошо. Я постараюсь это устроить.
Он устроил их встречу в самом скором времени и даже доставил к дому Маккертов, где его уже ожидали. Брайан Маккерт, просто и коротко поздоровавшись, прихватил с собой младших детей и вышел погулять с ними в саду. Маркус Кенер остался с сыном и Кэти. Он стоял и молчал, глядя на красивую, строгую женщину и подростка, копию самого себя в столь же юном возрасте. Мальчик обещал быть высоким. Уже сейчас крепкий, светловолосый, с яркими голубыми глазами и умным, сдержанным взглядом, он поражал какой-то особой, разумной взрослостью. Кэти хорошо воспитала сына, а между тем он был и остается не только его ребенком, но и наследным принцем Империи, да он и был похож на принца, этот титул ему подходил.
- Кэти, сынок…- голос Маркуса сел, он с трудом прокашлялся. - Это такой подарок судьбы, что вы живы. Спасибо…
Он подошел поближе и не смог удержаться, чтобы не обнять их, чтобы не почувствовать своими руками, собственной кожей ощутить реальность происходящего.
- Живые…
Они расположились за небольшим столиком в гостиной, накрытым для чая. Разговор, начавшийся вначале натянуто и сухо, постепенно стал непринужденным и окрасился эмоциями. Мартин, с самого начала встречи назвавший Маркуса папой, пролил на его душу оживляющий бальзам. Ему нравилась эта неспешная беседа, рассказы о жизни в Империи и Республике. Очевидно, Голубев успев поделиться с Кэти историей о гибели Императрицы и маленького Франца. В одну из небольших пауз в разговоре она положила узкую, теплую ладонь на руку Кенеру и тихо произнесла:
- Мне жаль, Маркус, что так произошло с твоей семьей. Нам всем жаль. Мы хотели выжить, но никому не желали зла.
- Я знаю. - он пожал в ответ ее тонкие, теплые пальцы. - В случившемся нет вашей вины. Я не сумел защитить вас. Кто бы мог подумать, что так получится… Спасибо тебе, что выжила и сберегла нашего сына. Но вы же понимаете, что Мартин мой единственный наследник, он наследный принц Империи и ему придется перебраться ко мне. Что вы думаете по этому поводу?
Кэти вздохнула и посмотрела на сына. Мартин пожал плечами.
- А что, мам? Это будет интересно. Я помню нашу жизнь в Империи, мне там всегда было хорошо и дядя Конрад, папин брат, такой замечательный. Я бы с удовольствием съездил в его долину.
Отъезд имперской делегации задержался на два дня. За это время Кэти забрала документы Мартина из школы и собрала все необходимые ему на первое время вещи. Понимая, что сын вырос и она должна его отпустить, тем не менее извела себя за эти два дня разными мыслями и перед самым отъездом делегации ее нервы сдали.
- Маркус. - она смотрела на бывшего мужа тревожным взглядом. - Я понимаю, у тебя всегда будет много работы, но прошу тебя, никогда не забывай о сыне. Слышишь? Общайся с ним, разговаривай на разные темы, будь в курсе его дел, учи его тому, что знаешь сам.
- Ты хорошая мать, Кэти. - улыбнулся ей Кенер. - Ты замечательная женщина. Я постараюсь быть хорошим отцом нашему сыну.
Прибытие юного принца подданные Британской Империи встретили так, словно судьба подарила им нежданное чудо. По всей Империи три дня проходили фестивали и красочные шествия, в которых восторженные люди несли в руках портреты принца Мартина Кенера и плакаты с самыми лучшими пожеланиями императорскому наследнику. Юный принц с обаятельной улыбкой смотрел с новостных экранов и ярких газетных полос. После тяжких потерь в войну с Хранителями Веры и Ангелами, после гибели Императрицы с сыном, всем казалось, что наконец-то наступили дни счастья и спокойствия. Во многом так и было. Маркус Кенер словно получил второе дыхание, он правил своим государством, вкладывая всю свою душу и лучшие помыслы.