– Иди! Иди вперёд! Это избавление! – зазвенели голоса.
Слова оглушали, будто бы на плиточный пол рассыпали, уронив, ящик ложек и вилок. Вера Петровна качнулась назад под напором этого страшного звука.
«И всё закончится... Как же я устала!», – пробилась блёклая мысль.
– Иди! – рявкнуло оно, указывая на окно.
От этого вопля, казалось, трескаются стены, и расползаются в клочья обои. Вера сделала шаг назад к окну, занавески цеплялись за плечи.
«А за что тебе держаться, по сути? В твоей жизни нет ничего кроме головной боли, и нескольких людей, которые к тебе равнодушны! Зато... Зато я могу справиться хотя бы с одной из этих гадин!».
Одержимая «Катюша» глядела на неё покрасневшими глазами, улыбнулась, показывая крупные акульи зубы, необъяснимо помещающиеся в маленьком рту. Кожа потемнела, по ней пошли тёмно-зелёные пятна, а на руках из-под ноготков с блёстками вытянулись чёрные загнутые когти. Оно подобралось, готовясь к броску. Тем временем на лестнице послышалась возня и шум: взвизгивая, толпа собиралась вломиться в квартиру. Дверь жалобно заскрипела под ударами.
«Они же загрызут, сожрут меня, если я не прыгну!», – совершенно спокойно подумал Вера Петровна. – «Но я должна...».
У Дементьевой не хватило сил закончить мысль, но решение тело приняло за неё. Навстречу оскаленной пасти разъярённого демона она выбросила отнявшуюся левую руку, повисшую плетью ниже локтя. Вера услышала, как треснула кость, но не почувствовала боли в прокушенных мышцах. А правой она крепко обняла, прижав к себе горячее тельце, и последним сознательным рывком бросилась назад в окно.
Чудовище с жутким воем пыталось вырваться из смертельных объятий, отбивалось маленькими когтистыми лапами. Но они уже летели вниз вдвоём. Восемь этажей промелькнули у Веры перед глазами.
«Люди увидят, поймут, что надо бороться, что их можно одолеть, что это не дети!», – вспыхнула радостная искра.
И боль закончилась.
Конец