Иначе я никогда не избавлюсь от ощущения, что нахожусь на уроке естествознания.
- Елизавета, - упрямо повторил он.
- Слушаю, Владислав Андреевич, - сквозь зубы. С ударением на каждом гребаном звуке его отчества.
- Мы приехали как пять минут назад.
Ближайшим отелем оказался одним из самых дорогих отелей города. В такой не зайдешь случайно только лишь от того, что у тебя нет времени искать другой, более подходящий. В такой вообще просто так не зайдёшь, если не хочешь оставить в нем свою годовую зарплату за одну ночь. Это дело исключительно привычки - выбирать лучшее из представленного.
Я же пока с умеренной долей любопытства наблюдала за происходящим, молча следуя за Бессоновым. В чем-то наслаждалась процессом: слаженными действиями персонала, их вежливыми улыбками и их же желанием везде и во всем помочь. Красивым интерьером, больше напоминающим музей, выдержанном в строгом классическом стиле: два цвета, хром, дерево и мрамор. Эхо шагов, собственное отражение на любой доступной поверхности, стерильная чистота. И люди, как единая часть этого организма, идеально вписывающиеся в окружающую обстановку; как будто покрытые прозрачной пластиковой оболочкой богатства и роскоши. Спешащие по своим делам, не обращающие внимание ни на что вокруг - уверенные и красивые. Как на подбор. Мимо. Дальше. По курсу.
Но стоило нам войти в небольшое пространство лифта, как мои мысли кардинально изменили свое направление. Я вдруг четко поняла, что произойдет между нами дальше. Едва мы останемся наедине. Едва за нами закроются двери номера. Не будет больше разговоров, уговоров и экспериментов. Никаких сюрпризов. Здесь и сейчас Бессонов уже не удивит меня своим непредсказуемым поведением или действиями. Может быть, в другой раз, но точно не сегодня.
От него буквально исходила сокрушительная волна желания. Сильная и бескомпромиссная. Невозможно было ошибиться в его намерениях. Невозможно было ошибиться, что через несколько мгновений обязательно, непременно, стопроцентно случится секс.
Мысль не слишком свежая и не блещущая своей оригинальностью. Любой другой человек, имеющий гендерную принадлежность к женскому полу, давно бы уже разобрался в подобных нюансах. Мне же эти выводы дались не так легко и не так быстро.
Пальцы неуверенно сжали плотную ткань джинсов. Впереди еще достаточно этажей, чтобы свыкнуться с неожиданным открытием, принять его и как-то определиться со своим к нему отношением.
Словно почувствовав появившуюся вдруг между нами напряженность, Бессонов по-хозяйски положил мне руку на талию, чуть притянул к себе. Видимо, чтобы у меня уж точно не осталось никаких сомнений на счет моего ближайшего будущего. Жест, в целом, уже довольно привычный и сам по себе ничего не означающий. Сколько раз за последние дни, он поступал точно так же и за этим ничего не следовало. Но сегодня он обрел совершенно иные оттенки. Теплые, настойчивые, определенные. Без каких-либо недоговоренностей. Не будь вместе с нами в кабине других людей, уверенна, дело бы закончилось гораздо более серьезными намеками. Но люди были. И они с интересом, будто закоренелые вуаеристы, на нас поглядывали. Стало невыносимо жарко. Я боролась с подступающим стыдом и нахлынувшим вдруг желанием. По телу разлилась приятная расслабленность. Реакция на его близость была однозначной и не допускающей никаких других вариантов. Что-то на уровне инстинктов.
Я как могла воскрешала в памяти другие подобные моменты. Если быть точной, то всего один. В надежде, что это вернет меня в тонус. Немного охладит, и мозг начнет работать в более адекватном режиме. Но фантазия неслась гораздо быстрее умственных процессов, загоняя все приемлемые доводы в глубокий чувственный аут. Особенно, когда его ладонь спустилась к пояснице и легонько погладила кожу под футболкой.
В этот момент, я могла бы попросить у него, о чем угодно. И не услышала бы отказа. Все было в моих руках. В том числе, сам Бессонов. Если бы я только могла сейчас выдать хоть одно связное предложение.
Плавная остановка кабины. Назад к реальности. Несколько долгих секунд, перед тем как двери открылись. Легкое ошеломление, как будто удивилась, что оказалась здесь. Подняла взгляд, облизала пересохшие губы.
- Вперед и налево, - краткая инструкция у самого уха. Интимно, охрипшим голосом. Мягким прикосновением дыхания к шее. В такт словам рука скользнула вверх по позвоночнику, чуть подтолкнув вперед.