Одна Вера задержалась, подозрительно обведя взглядом вокруг себя.
- А тут точно никого нет?
Я рассмеялась, выплюнув фонтанчик воды из рта.
- Нет. Если только он не держит в подвале нелегальный цех с вьетнамскими мальчиками.
- Я бы не удивилась, - буркнула она и, зажав нос пальцами, ловко нырнула вперед головой в бассейн.
Водные процедуры помогли, очистили и привели мыслительные процессы хоть и в относительный, но порядок. Случилось это как нельзя кстати. Потому что здравое суждение, связная речь и просто непоколебимое спокойствие мне очень скоро понадобились. К тому моменту в моей крови кувыркались и искрились приблизительно две бутылки шампанского, мир превратился в сплошной сгусток из всевозможных ярко-розовых оттенков, и простой телефонный звонок никогда бы не возымел на мое радужное восприятие никакого воздействия. Я просто его зафиксировала, едва только вылезла из воды, и абсолютно без задних мыслей, тут же потянулась к телефону, чтобы на него ответить. Тягучее «алле» прозвучало с такими жизнерадостными интонациями, словно я собиралась услышать новость о выигрыше в несколько миллионов рублей, и почти сразу же захлебнулось от тихого, чуть насмешливого голоса Бессонова.
- Я тебя не отвлекаю? – ровно поинтересовался он.
От неожиданности трубка выскользнула из рук и упала на пол.
Пока поднимала телефон, собирала его составные части, ползая на коленях по холодному полу, ругалась тихо, из головы выветрились все опасения. Справившись с поставленной задачей, присела устало, прислонившись спиной к стене, и раздраженно поинтересовалась:
- От чего, Владислав Андреевич?
Первым делом, услышав его голос, захотелось привести себя в порядок. Пригладить волосы, распрямить спину и накинуть что-нибудь на плечи. Словно он мог меня видеть и только что застукал на месте преступления, а выглядеть в таком случае непременно нужно соответствующе. Чему, зачем и как – вопросы второго порядка. Еще успела мелькнуть мысль, что не мешало бы быстро выключить музыку, спрятать наполненные бокалы, а самой, скажем, невинно усесться перед телевизором. А-ля, у меня тут ничего серьезного, обыкновенный домашний вечер, я что ни день только этим и занимаюсь. То есть, вполне культурно скучаю.
Но неловкость рук изменила мои планы, времени на контрмеры уже не оставалось. На нюансы пришлось забить.
- От того, что ты сейчас делаешь, - спокойно заметил он.
- Сижу на полу, - сообщила я, поудобнее вытягивая ноги и придвигая к себе бокал с шампанским. – Так что, думаю, у меня есть для вас несколько свободных минут.
Можно было бы, конечно, начать беспокоиться – не зря он позвонил в самый подходящий момент. Можно было бы уже судорожно приступать к оправданиям на свой счет, блеять, мямлить и что-нибудь объяснять, но телефон упал, на его экране появилась предательская трещина и это настолько меня расстроило, что иные проблемы уже не казались такими уж глобальными. К тому же, Бессонов был далеко – не зря ведь я следила за событиями по телевизору – и при всем желании, вряд ли бы смог сейчас на что-то повлиять. Поэтому поток красноречия я решила приберечь до лучших времен. Когда трансконтинентальные расстояния немного сократятся.
- Как ваши дела по спасению мира продвигаются?
Он усмехнулся. Так явно и четко, будто сидел рядом.
- Ты переживаешь или любопытствуешь?
- Я поддерживаю разговор, раз уж сами вы этим не занимаетесь, - глоток шампанского, и еще. То ли для смелости, то ли от нечего делать. За плотно прикрытыми дверями – музыка, голоса Полина и Вера, их веселый смех и шум воды. Далеко, словно в другом мире. Здесь же – только его голос: бархатный, низкий, глубокий, как полночное небо. Чуть зазеваешься и утонешь, захлебнешься в этих ласковых интонациях. Тряхнула головой, пришла в себя, услышала продолжение:
- Лучше сделай для меня одну вещь, ты ведь уже видела ноутбук наверху? Поднимись и включи его.
- Надеюсь, я там не найду ничего предосудительного? – пробормотала я, вставая. – Детской порнографии, например?