Каждую ночь засыпать в одной постели, обнимая ее после горячего секса. Просыпаться с ней под боком. Завтракать. Строить планы на день. Скажи ему кто до поездки, что он будет мечтать о подобном, врезал бы самоубийце по роже, да еще бы и на смех поднял. А сейчас…
Парень, у которого ни разу в жизни не было нормальных отношений, смирился с тем, что не видит своей дальнейшей жизни без одной дерзкой и острой на язычок девчонки. Сюжет дешевой мелодрамы. Ну и пох*й.
Хлопнула дверь и в помещение вошло четверо мужчин. Высокие, бритые, в черных кожаных куртках, и тяжелых ботинках. Они прошли мимо стоящего у стойки парня-официанта, и уселись за столик. Тот, что стоял чуть ли не впритык к столу Ноа и Лолли.
Оборотень заметно напрягся. Подобрался. Готовый в любой момент обернуться и напасть. И, вроде, никто в его сторону даже не взглянул, но в воздухе отчетливо воняло неприятностями.
Бл*ть, где носит его малышку?
Официант подбежал к новым гостям и начал принимать заказ. Поднеся ко рту чашку, Ноа сделал глоток и поморщился. «Американо» в этом месте называли гадкое пойло, от которого во рту оставался мерзкий привкус. Была бы поблизости кадка с растениями, можно было бы сплюнуть в нее, но администрация явно учла этот момент, и поэтому единственные цветы, что украшали помещение, находились на висевших на стенах картинах.
Пришлось проглотить.
Виски сдавило резкой болью. Внезапной и такой острой, что хоть на луну вой. Вцепившись в столешницу, Райт не заметил, как на ней остались глубокие борозды от когтей.
Сознание затуманилось. Он попробовал встать, но ноги, словно чужие, отказывались подчиняться прямым командам мозга. Комната завертелась перед глазами.
Уже проваливаясь в небытие, он, словно сквозь толщу ваты, услышал обрывки фраз.
«Готов». «Тащите его в машину». «Подружка уже заждалась».
Но сделать уже ничего не мог. Его засосала в себя мрачная темень.
***
В себя он приходил медленно. Открыв глаза, около пяти минут изучал кирпичные стены в темном помещении и пытался понять, сон это или реальность. А потом услышал стон.
Жалобный, еле слышный. Но Ноа сразу понял, кому он принадлежит. Понял, и плевав на головную боль, рванул к единственной, находящейся в клетке, где их заперли, кровати.
– Лолли.
Девушка лежала на боку, поджав под себя ноги. Заметив склонившегося над ней волка, она подняла руку и, коснувшись пальцами его лица, начала нежно водить по нему своими пальчиками. Задевая колючую щетину и твердые губы.
– Ноа… Где мы? – затем поморщилась, и приняла сидячее положение, – как болит голова.
Волк открыл было рот, чтобы утешить ее, но тут, со стороны решетки раздались шаги и шум аплодисментов.
– Вот так зрелище. Оборотень-смертник и аппетитная целочка. Или уже нет? Успел это блохастый сорвать твою вишенку, Лоллипоп? – полные, скривившиеся в издевательской усмешке губы, не затронутые сединой волнистые волосы, дизайнерский костюм. Он выглядел точно так же, как в их первую встречу, за исключением безумного взгляда и окружавшей его тяжелой ауры.
– Лукас? – прошептала Лолли.
– Фостер, мать его, Бенкс, – в унисон с ней громко выплюнул Ноа.
Глава 42
– Что? Нет, его зовут Лукас, – покачала я головой, но увидев, какой ненавистью пылал направленный на мужчину взгляд волка, поняла, что многого не знаю, – Ноа, вы знакомы?
– К сожалению, да, – оборотень выступил вперед, задвинув меня за свою широкую спину, – и никакой он не Лукас. Его имя…
– Как правильно заметил твой любовник, Лоллипоп, меня зовут Фостер Бенкс, – изобразил шутливый поклон Лук… мужчина, который выдавал себя за Лукаса, – мы с тобой еще близко не знакомы, но будь уверена, я восполню этот пробел.
– Кто вы? – вцепившись пальцами в футболку Ноа, я чувствовала, как лоб покрылся испариной, а сердце забилось в два раза быстрее, и так громко, что, казалось, слышно было за пределами грязной камеры.
– Ноа Райт, может ты расскажешь? А заодно угадаешь, что я здесь делаю и как вас нашел, – мужчина щелкнул пальцами, и у него за спиной появился один из подельников. Держа в руках стул, он поставил его недалеко от решетки и исчез. Бенкс сел и, скрестив ноги, откинулся на спинку.
– Фостер Бенкс один из самых мерзких и крупных мафиози Канады, – процедил сквозь зубы Ноа, – он занимается сбытом ведьмовской отравы. Проще говоря, гребаный наркоторговец. А еще, он брат Сойера, того парня, которому я оттяпал рожу на парковке, в день нашей встречи. Так что подозреваю, именно это и привело его в Альмонте.