Миша с сомнением огляделся:
– Ну, если бы это был преступник, они бы его увидели, ветки-то почти ничего не прикрывают.
– Это если куртка светлая или яркая. А если нет, если сделать скидку на раннее утро, туман и испуг женщин?
Наумов чертыхнулся, пошел искать палку. Найдя увесистую корягу, проворчал:
– Отойди хоть…
– Ты палкой собираешься ковырять?
– Ну не рукой же… – Чернова выразительно на него смотрела и молчала. Наумов чертыхнулся: – Да не смотри ты на меня так! Иди вон, свою работу поделай, а я свою сделаю…
Он принялся возить корягой по дну канавки. Чернова отошла на полшага назад, осмотрела края канавы, землю. Заметила еще один отпечаток следа:
– Миш, смотри, это точно ботинок. Правда, след смазан… как будто поскользнулся.
Миша покосился на находку, угукнул и, нащупав что-то в грязи, тихо выругался. Подозвал к себе понятых. Надел перчатку, закатав рукав, сунул руку в воду – манжет белой рубашки спасти от грязи не удалось – и вытянул из нее сотовый – обычный пластиковый корпус популярной марки.
– Какая прелесть… – Он поморщился, укладывая его на траву. – Как думаешь, убитого или убийцы аппаратик?
– Посмотрим, что скажет экспертиза, удастся ли оживить телефон.
Тогда
Три месяца назад
Глава 8
Шесть минут до звонка с урока.
Алиса, не отрывая взгляда, смотрит на стрелку часов – та движется слишком медленно, будто издевается над ней.
– Осипова, ты дописала? Значит, сдавай.
Математичка, Софья Антоновна, которую ученики неизменно называли Софьей, выжидающе смотрела на ученицу. Алиса, виновато вздохнув подруге, сидевшей за соседней партой, поднялась, прошла к учительскому столу и положила на край клетчатый листок. Математичка ногтем, будто опасаясь оставить на бумаге свои отпечатки, придвинула листок к себе, посмотрела поверх очков.
– Что? – не выдержала та. – Все правильно, я три раза перепроверила.
– По-твоему, в задаче ошибка? – Софья стянула очки с носа и бросила их на стол.
Класс притих. Оно и понятно: ошибка в задаче – это верный способ не засчитывать самостоятельную. Парни на задних партах зашуршали шпаргалками, Софья рявкнула:
– Я все вижу! Максимов, Брянцев! Вас касается… Ну, Осипова, что ты скажешь в свое оправдание?
Она снова уставилась на ученицу. Алиса закусила губу, хотелось скорее выбраться в коридор, подойти к распахнутому окну и проораться. Девочка сжала челюсти, отсчитала до пяти. Помогло.
– Софья Антоновна, может, опечатка. Вы посмотрите внимательно, если оставить все как есть, то скорость самолета станет отрицательной. Нет, ну такое возможно, в фантастических книжках, мне как-то такое попалось. Но там была совсем другая физика мира. – Класс за спиной захихикал. Алиса поняла, надо быстрее заканчивать и бежать. – Я тремя способами решала, в том числе через дискриминант и систему уравнений…
– Молчать! – из класса будто в один момент вышибли воздух, смешки схлопнулись, одноклассники вжали головы в плечи и уткнулись в клетчатые листки: Софью злить никто не хотел, последняя неделя четверти.
Математичка поднялась из-за стола. Взяла листок с решенной Алисой самостоятельной и медленно, наслаждаясь звуком, разорвала его. Не отпуская онемевшую Алису взглядом, отправила клочки в мусорное ведро.
– Если ты такая умная, то сможешь написать заново. После звонка задержишься.
– Но…
– Или поставлю «неуд» с утяжелением. Дело твое.
Алиса почувствовала, как начинают полыхать щеки, а в горле застревает едкий ком. Софья смотрела с издевкой и ждала, что ученица вспылит – о вспыльчивости Осиповой на уроках математики в школе уже ходили легенды.
Алиса на этот раз сдержалась. Поправив сумку на плече, она пулей вырвалась из кабинета, хлопнув дверью так, что за спиной, посылая ей проклятия, посыпалась штукатурка. И уже в коридоре, не заботясь о том, что про нее подумают, заорала. Коротко, хрипло, во все горло. Будто кто-то по живому резал ей жилы.
– А-а-а!
Из соседнего кабинета выглянула физичка, Ирма Олеговна.
– Осипова, ты в своем уме? – закатив глаза, прикрыла за собой дверь.
Алиса мчалась по коридору – к лестнице. Кубарем скатилась вниз, едва не снеся малолеток из шестого. Выбежала на крыльцо.
Из школьных окон трелью разлетался звонок с урока, шумели ученики, хлопали стульями и дверями, топали счастливыми ногами и торопливо бежали навстречу весне.
– Ты как, Алис?
Рядом появилась Нонна, присела на поручень, внимательно вглядываясь в профиль подруги.