– Пока не отписали, но угрожают отписать… – Она поморщилась. – Эрнест Иванович, ска́жете что по трупу?
Криминалист обернулся, посмотрел на следователя задумчиво.
– Причина смерти, предварительно, удар по голове тупым предметом… и последующее удушение – на шее две отчетливые триангуляционные борозды, судя по характеру, цвету и четкости, полученные после наступления смерти… Умер он не здесь, его принесли, очевидно, во-он в том пакете, – его мясистый палец указал на валявшийся у ног убитого большой полиэтиленовый мешок, в котором выбрасывают мусор, – пока он не зацепился за корягу и не разорвался. Тогда тело и бросили, где пришлось…
Он кивнул коллегам и следователю, фиксировавшему данные обследования трупа в протоколе:
– Давайте, перевернем, чтобы следователь сама увидела…
Трое мужчин бережно перевернули труп на спину. Перепачканное грязью лицо отекло, на шее отчетливо выступали бледные и очень четкие, будто нарисованные светлым маркером борозды. Чернова уставилась на убитого, цокнула языком:
– Молодой совсем… Что еще скажешь, Эрнест Иванович?
– Скажу, что парень перед смертью был в каком-то подвале или в заброшке: на штанах, вон, следы строительной пыли, ржавчины и кошачьих, прошу прощения, экскрементов. Что за пыль – это я попозже скажу. Лицо и тело под курткой чистые…
– То есть сидел в этом подвале или в заброшке в куртке?
Эрнест Иванович продолжал:
– Но прямоугольник на лице – с крапинками строительной пыли, битого кирпича. Все это прилипло на остатки клея от скотча, которым был, очевидно заклеен рот. На руках – следы от связывания, предположительно пластиковыми скобами, вот тут и тут есть специфические зазубрины…
– Следов пыток нет?
Криминалист покачал головой:
– Ну, как таковых ничего не скажу. На теле парочка синяков есть, – он приподнял край куртки, потом показал щиколотку правой ноги парня, на ней темнел синяк. – Но по характеру и времени нанесения они скорее всего получены после смерти. Ссадин, следов избиения не особо много. Но на вскрытии виднее будет, может, вода в легких, ожоги какие, следы электрошокера. Так что запиши за мной должок пока по этому вопросу.
Чернова согласилась. Криминалист продолжил:
– Сейчас руки, как видишь, перевязаны веревкой. Но это, скорее всего, чтобы не мешались перемещать тело… Веревка хиленькая.
– А по возрасту трупа?
– Дня четыре. – Криминалист указал пакет. – Прошло трупное окоченение, парня скрутили и в пакет впихнули. И уже сюда привезли. Но сохранился хорошо… Не знаю, может, прятали его где в холоде? – Он вопросительно взглянул на Чернову и добавил: – На вскрытии скажу.
– Мм, – Чернова выпрямилась: – надо потеряшек поискать, может, заявлял кто.
– Посмотри, посмотри, Александра Максимовна. Одежда дорогая у парня, из обеспеченной семьи был… Джинсы, вон, фирма́, куртка тоже не из дешевых. Антон, вон, глянул уже, – он кивнул на младшего следователя из районного отдела, угловатого и мрачного парня лет двадцати пяти, – на сайте магазина видел, из новой коллекции шмотка, кусков двадцать стоит.
Чернова присвистнула. Криминалист угукнул:
– Вот и я говорю: не простой парень…
Чернова была с ним согласна. По строго выделенной криминалистами тропинке, где уже были изучены и зафиксированы следы, направилась к Михаилу – тот еще беседовал с собачницами, обнаружившими труп. Подойдя, попросила:
– Посмотри парня по базе среди похищенных, без вести пропавших, потеряшек… три, может четыре дня назад… В пределах недели. Может, какой-то крупный предприниматель заявлял о похищении сына. В нашем или соседних регионах.
Михаил протянул:
– Понял. Уже ищем.
– И надо опросить жителей домов в этом ЖК, может, кто-то что-то видел.
Наумов округлил глаза, но тут же поморщился, будто от сильной зубной боли.
– Поквартирный обход всего ЖК? – Он покосился на Чернову. – Там пять корпусов, в каждом по пять подъездов и шестнадцать этажей… Да ты представляешь, сколько там квартир? А у меня людей нет…
– Ты опять кричишь, – Чернова примирительно улыбнулась и дотронулась до плеча Наумова. Тот хмуро проследил за ее рукой и от касания как-то сразу сдулся. – Найди людей. Начните с ближайших к парковке подъездов. И записи с камер посмотрите, хорошо?