Бесда супруговъ приняла такой горячій оборотъ, что Нелета заплакала и не хотла итти вечеромъ на площадь, гд устраивался балъ. Большія восковыя свчи, служившія въ церкви при похоронахъ, освщали площадь. Димони игралъ на волынк старинныя валенсіанскіе контрдансы, или торрентскій танецъ, и пальмарскія двушки чопорно плясали, взявъ другъ друга за руку, мняя кавалеровъ, какъ дамы въ напудреныхъ парикахъ, переодвшіяеся въ костюмъ рыбачекъ, чтобы при свт факеловъ протанцовать «павлиній танецъ». Потомъ танцовали «одинъ и два», боле живой танецъ, сопровождавшійся пніемъ. Парочки съ увлеченіемъ носились и когда двушки, кружась, какъ волчекъ, обнажали чулки подъ вращавшимся колесомъ юбокъ, раздавалась буря криковъ и смха, похожаго на ржанье.
Еще полночь не наступила, какъ холодъ положилъ конецъ празднику. Семьи вернулись въ свои хаты. На площади осталась только молодежь, народъ веселый и бравый, проводившій оба праздничныхъ дня въ безпрерывномъ пьянств. Они являлись съ ружьемъ за спиной, словно въ деревн, гд вс другъ друга знали, надо было имть подъ руками оружіе, чтобы развлекаться.
Устраивались а_л_ь_б_ы. По старому обычаю всю ночь предполагалось переходить отъ двери къ двери и пть хвалу всмъ женщинамъ Пальмара, молодымъ и старымъ. Для этой церемоніи пвцы запаслись бурдюкомъ вина и нсколькими бутылками водки, нсколько музыкантовъ изъ Катаррохи, люди славные, согласились акомпанировать волынк Димони своими духовыми инструментами. Предшествуемая факельщикомъ серенада началась среди холодной и темной ночи.
Вся пальмарская молодежь съ старыми ружьями на плечахъ шла тсной группой между волынкой и музыкантами, держа, изъ боязни прикосновенія холодной мди, свои инструменты въ рукахъ, спрятанныхъ подъ плащемъ. П_і_а_в_к_а замыкалъ шествіе, неся бурдюкъ съ виномъ. Часто онъ считалъ нужнымъ снять съ себя ношу и приготовить стаканчикъ для «подкрпленія».
Одинъ изъ пвцовъ началъ пть, сопровождая первые два стиха мелкой дробью тамбурина и ему отвчалъ другой, дополняя строфу другими двумя стихами. Обыкновенно эти послдніе были наиболе злы и между тмъ, какъ волынка, и духовые инструменты покрывали окончаніе строфы шумной «ритурнелью», молодежь разржалась криками, рзкимъ ржаніемъ и выстрлами въ воздухъ.
Самъ чортъ сегодня ночью не заснулъ бы въ Пальмар! Лежа, въ постели, женщины мысленно сопровождали серенаду, вздрагивая отъ шума и выстрловъ и угадывая ея путь отъ одной двери къ друтой по ядовитымъ намекамъ, которыми привтствовался каждый житель деревни.
Во время этой экспедиціи бурдюкъ П_і_а_в_к_и никогда почти не бывалъ въ поко. Стаканы переходили изъ рукъ въ руки, согрвая пвцовъ среди холодной ночи и чмъ боле хриплыми становились голоса, тмъ боле блестли и сверкали глаза.
На одномъ углу двое юношей вступили въ рукопашную изъ-за вопроса, кому выпить раньше и, надававъ другъ другу нсколько пощечинъ, отошли на нсколько шаговъ, приложивъ ружье къ щек. Остальные вмшались и отняли у нихъ оружіе. Пусть идутъ спать! Они слишкомъ много выпили! Въ постель ихъ! И пвцы а_л_ь_б_ы продолжали свое шествіе съ пніемъ и ржаньемъ. Такіе инциденты были необходимой частью развлеченія и повторялись каждый годъ.
Посл трехчасовой медленной ходьбы по деревн вс были пьяны. Димони склонилъ голову, полузакрылъ глаза и казалось чихалъ въ волынку, которая нершительно стонала, и точно шаталась на ногахъ, какъ самъ музыкантъ. Видя, что бурдюкъ пустъ, П_і_а_в_к_а пожелалъ пть и подъ крики «долой, довольно!», прерываемый свистомъ и ржаньемъ, импровизировалъ безтолковые стихи противъ б_о_г_а_ч_е_й деревни.
Не оставалось больше вина, однако вс ршили совершить еще разъ половину пути до трактира С_а_х_а_р_а, гд надялись возобновить запасъ вина.
У темнаго, запертаго трактира пвцы а_л_ь_б_ы встртили Тонета, запахнувшагося до самыхъ глазъ въ свой плащъ, изъ подъ котораго виднлось дуло ружья. К_у_б_и_н_е_ц_ъ боялся болтливости этихъ людей. Вспоминалось, что онъ самъ длалъ въ такія ночи и онъ ршилъ сдержать ихъ своимъ присутствіемъ.
Шествіе, подавленное опьяненіемъ и усталостью, казалось, вновь ожило при вид трактира С_а_х_а_р_а, словно сквозь щели двери до нихъ доносился ароматъ винныхъ бочекъ.