— Я буду просто счастлив! Это так развлечет меня, так развлечет!.. — сказал я, хоть на самом деле мне было в тот миг не до веселья.
— Но ведь там пастила и шоколадная медаль…
— И пряники! — радостно подхватил я. — Пусть мартышка получит все это. Я нарочно проиграл соревнование, чтобы она могла полакомиться в свое удовольствие. Или, вернее сказать, в мое удовольствие!
— Как это — нарочно проиграл? — запротестовала мартышка голосом Мишки-будильника. — Тогда давай переиграем!
— Сразу видно, что это не профессиональная мартышка, — шепотом утешил меня дядя Гоша. — Настоящие мартышки никогда не спорят со зрителем. Тем более с каникуляром!
«Какая неблагодарность! — думал я. — Только что умолял помочь допустить до соревнований… А теперь осмелел: „Давай переиграем!“»
Переигрывать мы, конечно, не стали, и Мишке был вручен бумажный пакет.
А потом дядя Гоша установил свои металлические обручи и стал по очереди завязывать нам глаза.
«Может, подбежать к Деду-Морозу, — подумал я, — и тихонечко шепнуть ему на ухо: „Очень хочу быть всех ловчее и всех умнее!“ Или, может быть, спуститься вниз к телефону-автомату, набрать две двойки и попросить о том же самом Снегурочку?» Ее не было на празднике, Дед-Мороз объявил, что его внучка захворала, то есть стала немного подтаивать, и что он положил ее на лечение в холодильник… Но я-то знал, что она просто дежурит в «Столе заказов». Не позвонить ли туда?
Нет, мне почему-то упрямо хотелось испробовать свои собственные силы и выиграть без помощи волшебства! Я вступил во второе соревнование…
Наш Жора бегал с завязанными глазами лучше, чем с развязанными. Он сразу проскочил через три кольца, не задев ни одного. Потом он зачем-то с завязанными глазами покачался на турнике, приготовленном для следующего акробатического номера. И, наконец, все так же, не снимая повязки, прошелся по залу на руках.
— Мне доставит огромное удовольствие… я развлекусь сразу на пять дней вперед, если ему будет вручен победный приз! — сказал я, чуть не плача, потому что сам умудрился свалить три кольца из трех возможных.
С укором поглядывал я на Деда-Мороза и его помощника дядю Гошу: «Приучили меня соревноваться с самим собой. И побеждать без всякой борьбы… Приучили! Но зато в третьем соревновании я все равно окажусь впереди: загадки и отгадки мне хорошо известны!»
— Кто всех умнее! — провозгласил Дед-Мороз.
Дядя Гоша обвязал свою лысину чалмой, принял величавую позу факира и начал:
— Два кольца, два конца, а посредине гвоздик!..
Мы все трое отгадали все три его загадки.
Проказница-мартышка, осел да косолапый мишка не давали мне хоть на секунду опередить себя: они выкрикивали ответы в один голос со мной. Невесело было мне на этом елочном празднике: «Хороши товарищи! Я их пригласил, помог пройти без билета… И вот благодарность!»
Как в ответственном футбольном матче, где в случае ничейного исхода дается дополнительное время, дядя Гоша предложил нам четвертую, дополнительную загадку.
Скрестив руки на груди, дядя Гоша продекламировал:
— Дед-Мороз! — дружно выкрикнули мы с Жорой и Мишкой Парфеновым.
— Обычная ошибка! — торжествующе ответил дядя Гоша. — В том-то и тонкость и остроумие этой загадки, что не Дед-Мороз!..
— Извини… Но разве Дед-Мороз — это предмет? — шепнул мне сквозь свою ослиную маску Валерик.
— Одушевленный предмет! — возразил я.
— С каникуляром спорить не полагается, — одернул Валерика дядя Гоша.
— Облегчаю загадку: даю наводящую рифму… Внимание!
— Мочало, — спокойно сказал Валерик.
— Молодец, осел! — воскликнул дядя Гоша. — Хоть и из самодеятельности, а молодец!
— Но почему же только в праздник сей предмет «нам очень нужен»? — тихо спросил я у Валерика.
— Наверно, дядя Гоша моется только по праздникам, — шепотом ответил он.
Итак, медведь оказался ловчее меня, осел — умнее… А мартышка лучше меня каталась на велосипеде.
По дороге домой Мишка начал допытываться:
— Слушай, Петя, а что такое «каникуляр»? Так тебя называли на Елке, я слышал… Это происходит от названия твоей болезни, да?