— За интересную выдумку ничего не жалко, последнюю рубаху отдадим! — согласились жители. — Эй, король, говори, что теперь делать?
Король сказал:
— Сейчас генерал Евтихий навербует из вас армию и вооружит дрекольем. Потом двинемся в поход. Завоевывать неведомое царство!
— Ура! — закричали жители. — Давно бы так! Где твоя голова раньше была?
— Нужен случай, чтобы проявить свои дарования, — скромно сказал король.
Армия была навербована и вооружена за два часа. Министр мудрости Аркадиус, пользуясь палочками собственного изобретения, насчитал в войске семьдесят девять солдат.
— А не сто! — гордо сказал он королю.
Королева, Лидка, Степан Кузьмич и Федя в армяне не вступили.
— Мне в походе делать нечего, — сказал премьер-министр. — Мне и в родном государстве делов хватит.
И он опять чуть заметно ухмыльнулся.
Капитан Прунамель тоже захотел остаться, но доктор Клизман увлек его разговорами, а когда капитан стал очень уж упираться, обещал где-нибудь на походном привале научить его играть в покер. Капитан соблазнился и остался при войске. Евтихий выдал ему лук и стрелы.
Министры уговаривали его величество потерпеть до утра, но король загорелся и велел выступать в поход немедленно.
Тетрадь 7
— Вперед, вперед, сыны Мурлындии! — восклицал король Мур, сдерживая поводьями горячего коня. — Нас ждет неведомое царство!
Солдаты потрясали дрекольем. Они тоже орали что-то, но в общем гаме отдельных слов не было слышно. Кроме короля, еще Петька и Евтихий гарцевали на лошадях. Остальные были пешие, и я в том числе.
Лидка повесила мне на плечо мешок с провизией и сказала:
— Миша, игра игрой, это я понимаю, но ты себя береги. Мало ли что может случиться. Это тебе не дома, где каждый позаботится, если ты собьешься с пути.
— А ты при чем? — удивился я. — Твоя ли это забота?
Придворная дама Лидка опустила голову, махнула рукой и отошла в сторонку. Петька укрощал своего коня, вкушал счастье и ничего этого не видел.
Генерал Евтихий построил войско в колонну по четыре.
— Рррравняйсь! Смирно! — скомандовал он.
Воины застыли, и генерал стал обходить строй, делая замечания.
— Что ты стоишь, как только что вытащенный из-под шкафа? — сердился генерал. — Распрями плечи! А ты что?
На весь поход наелся? Убери живот! Гррррудь вперед! А ты что? — тыкал он пальцем воину под подбородок.
— А я ничего, — оправдывался воин.
— Наглец, еще оправдывается! — сердился генерал.
Наконец он привел войско в порядок и доложил королю. Мур приказал выступать, и войско двинулось вперед. У каждого воина за спиной была торба с продуктами, а в руке дубина. Строем они умели ходить еще хуже, чем стоять.
Воины смешались в толпу, наступали друг другу на пятки, падая и ругаясь. Шум стоял такой, что на войско с сосен дождем сыпалась хвоя.
— Вот что может наделать одно слово, если оно сказано мудрым деятелем, — хвалился Петька, показывая рукой на толпу воинов. — Дома я ничего не мог придумать только потому, что ничего нельзя.
Когда добрались до пограничной канавы, стояла уже глубокая ночь. Измученное войско зевало. Король Мур, освещенный трепетным светом факелов, обратился к воинам с такими словами:
— Сегодня не вышло. Времени не хватило. Но завтра мы непременно перейдем через канаву, отыщем неведомое царство и завоюем. Спите, воины, набирайтесь сил. Нас ждут великие дела!
— Привааааал! — скомандовал генерал Евтихий и спрыгнул с лошади.
Воины наломали еловых веток и улеглись спать прямо под открытым небом. Только министр мудрости Аркадиус догадался захватить в поход палатку, довольно искусно сшитую из трех одеял. К нему примазался ночевать король Мур.
— Эх, опередил! — пожалел Петька.
— Посоветуй королю расставить на ночь часовых, — сказал я ему.
— А зачем?
— В походе полагается. Вдруг ночью будет нападение?
— А кому нападать-то?
Подумали и решили, что нападать здесь на нас некому. Да и вряд ли кто из жителей согласится стоять ночь в карауле.
Лагерь быстро угомонился, жители улеглись спать и огласили окрестность громким храпом. Только доктор Клизман ушел гулять во тьму, никому ничего не сказав. Мне это не показалось очень уж странным: старички часто страдают бессонницей. Я лег на еловые ветки, прижался спиной к Петькиному животу и заснул, не дождавшись возвращения доктора.
До чего же велика сила всякого дурацкого психоза!