И как это мы жили без папы?
Папа рассказывал, как он там работал на своей речке Ладоге, а может, и не на Ладоге. Папа скучал без нас.
А потом папа сказал, что он очень обрадовался, когда прибежал Алошка.
— Как он тут живет? — спросил папа.
— Нет нашего Алошки, — ответила мама. — Нет его.
— Как же так? — Папа даже вскочил со стула. — Как же так? — Он очень заволновался: — Ведь Алошка давно ушел от меня. И я просил его передать…
В комнате стало тихо, как будто это не был веселый-превеселый праздник Новый год. А тетя Вера скорее погасила елку. Взяла и огоньки все задула.
В комнате стало совсем темно. Тут мы с бабушкой как закричим:
— Есть! Есть Алошка!
И все увидели: там, в Алошкином домике, горит ЗЕЛЕНЫЙ ОГОНЕК.
Алошка снова запел свою песенку
Все побежали к Алошке, а он выскочил из домика и как бросится… вы думали к кому? Прямо ко мне! Обхватил меня за шею и смеется! А у него в руке колокольчик.
— Алошка! — говорю. — Где же ты пропадал, милый Алошка?
А он ткнулся носом мне в плечо и все смеется:
— ЧиПОчиТОМ, чиПОчиТОМ чиРАСчиСКАчиЖУ.
— Эй, эй, Алоха, — говорит папа. — Это что за секреты?
— Папка, ведь ты еще ничего не знаешь, у нас с Алошкой есть тайный язык!
— А меня научите? — спросил папа.
— ЧиНАчиУчиЧИМ! — крикнули мы с Алошкой. — Научим. — И мы сразу начали учить папу нашему тайному языку. Но вдруг все услышали:
Это громко скучала тетя Вера.
— Друзья мои, — сказал папа. — А помнится мне, у нас на третьем этаже жил такой человек с усами — Иван Иваныч. Где он?
— Он на пенсии сидит, — сказала бабушка.
— Он, наверно, у чуда-телевизора сидит, — сказал я.
— Тары-бары-бум, — заворчала тетя Вера. — Он ОДИН сидит, и позвать его некому… И зачем я — щелк-щелк — делала этот хвостик… И зачем мне — щелк-щелк — эти ушки. — Она сняла свою заячью маску, надела очки, повязала голову полотенцем.
Вдруг мы услышали: динь-динь-динь!
— Ты что, Алошка!
А он быстро-быстро зашептал мне на ухо:
— ЧиЯ чиСБЕчиГАчиЮ.
— Куда сбегаешь? — не понял я.
— ЧиЗА чиНИМ.
— А, за Иваном Иванычем? Ну, давай!
Алошка спрыгнул на пол, побежал по коридору, снова пролез в щель почтового ящика, и вот уже на лестнице зазвучал его голосок:
Все вместе
Как пришел Иван Иваныч с третьего этажа. Ох! Как улыбнулся он в свои рыжие усы… так сразу нам стало видно: добрый он и молодец!
— Ну, с Новым годом! С Новым счастьем! — сказал Иван Иваныч.
И он взял тетю Веру за руку и меня за руку, а я бабушку, а бабушка — маму, а мама — папу. А папа потянул нас к елке. А маленький Алошка забрался ко мне на плечо и держался за мое ухо.
Мы прыгали вокруг елки и шалили, сильно расшалилась тетя Вера — ведь она целый год тихо себя вела: не смеялась, не прыгала, не бегала. А теперь зато… она прыгала и пела:
— Да как же вы, Вера Акимовна, — засмеялся Иван Иваныч, — зимой капусту сажать станете?
— А я все могу! — крикнула тетя Вера. — Я ведь волшебница… Ха-ха-ха!
— Не верю, — сказал Иван Иваныч.
— Каких же вы хотите доказательств? — спросила тетя Вера.
— А можете ли вы, уважаемая Вера Акимовна, сделать так, чтобы белочка с елки схватила бы ваши страшные слуховые очки и унесла бы их в лес?
— Пожалуйста, — сказала тетя Вера и забормотала:
И рыженькая белочка прыгнула с елки прямо тете Вере на носик, схватила страшные слуховые очки, выскочила в окошко и убежала в лес…