— У Фарго недавно состоялся личный разговор с адмиралом Йоно, — сообщил Джефф. — Похоже, они обсуждали именно эту проблему. И возможно, поэтому Фистер и Слай пошли по его следу. Они не собирались перетянуть его на свою сторону. Они хотели прикончить его. Мисс Джонс, пожалуйста, разрешите мне поискать его. Они убьют его.
— Могу я внести предложение? — вежливо поинтересовался Норби.
При звуках его голоса Олбани вздрогнула, и аэрокар дернулся, когда она случайно задела рычаг управления.
— Это не бочка! — изумленно воскликнула она. — Это же робот! Не позволяй этой глупой штуке вмешиваться в наш разговор.
— Этой глупой штуке? — взревел Норби. — Это ты — «глупая штука», иначе ты бы не болтала в тот момент, когда опасность у нас прямо по курсу. Приближаются аэрокары, оснащенные защитными экранами. Скорее всего, они принадлежат тому самому Ингу, который так тебя беспокоит. На твоем месте я бы немедленно начал действовать, но я всего лишь «глупая штука», так что можешь не слушать меня.
— Аэрокары Инга? — Олбани в ужасе огляделась. Было совершенно ясно, что дела обстоят еще хуже, чем предполагал Норби. Их стремительно окружали.
Губы Олбани сжались в тонкую линию.
— Должно быть, Инг давно планировал эту акцию, — сказала она. — Он проглотил Манхэттен словно удав, глотающий кролика. Что ж, у нас тоже есть личные защитные экраны. Будем драться?
— Чем? — спросил Джефф.
— У меня есть дальнобойный станнер и ручной бластер.
— Это оружие пригодно против экранированных машин?
— Нет, — признала Олбани.
— У нашего аэрокара есть защитный экран?
— Ты шутишь? С такими скудными ассигнованиями, как на Манхэттене. Нет, у нас есть только личные экраны, и то благодаря папочке.
— Тогда они уничтожат наш аэрокар через пятнадцать секунд, и мы упадем… — Джефф посмотрел вниз, — …с высоты примерно тридцати этажей.
— С таким же успехом ты можешь и сдаться, — заметил Норби. — Это даст нам время, и я смогу придумать какой-нибудь способ спасти положение. Я необычайно сообразителен.
— Предложение сдаться в плен — один из примеров твоей сообразительности? — язвительно осведомилась Олбани. — Сдаться всякий может.
— Сейчас у нас не остается другого выхода, — возразил Джефф. — И это может оказаться единственным способом отыскать Фарго. Нам лучше сделать это прямо сейчас. Судя по виду одной из машин Инга, на нас нацелен тяжелый бластер.
Он отключил свой защитный экран и вручил пояс Норби.
— Ты можешь спрятать это у себя… э-ээ, внутри?
— Пожалуй, да, — ответил Норби. — Хотя я буду чувствовать себя так, будто у меня несварение желудка. Почему бы тебе не проглотить его? У тебя ведь тоже есть пустой желудок.
— Очень смешно. Вот, возьми пояс мисс Джонс.
Недовольно ворча, Норби убрал оба защитных устройства, в то время как Олбани посадила аэрокар на мостовую. Разумеется, за ними следовал вражеский эскорт, и когда инговцы высыпали из своих машин, Олбани с Джеффом сразу же сдались в плен.
Сдаваясь, они напустили на себя презрительно-высокомерный вид. По крайней мере, они постарались это сделать, что было особенно тяжело для Джеффа, державшего Норби под мышкой. Норби не пытался выглядеть презрительно-высокомерным. Он изо всех сил старался выглядеть обычным бочонком.
Полицейский участок Центрального парка располагался в старом кирпичном здании, окруженном аурой многовековой истории, немного подпорченной неряшливым видом. Проще говоря, дом давно нуждался в капитальном ремонте.
Слай и Фистер втолкнули Джеффа и Олбани в трансмиттерную комнату. Несмотря на хронический недостаток муниципальных средств и героические усилия членов Городского Совета, на трансмиттерах для полиции не экономили. Каждый полицейский участок был обязан иметь один трансмиттер на тот случай, если понадобится гнаться за преступником через космическое пространство.
Джефф по-прежнему держал Норби под мышкой. Глядя на него, Слай скорчил мрачную гримасу.
— Я не позволю тебе таскать с собой эту бочку, Уэллс, — проворчал он. — Однажды она уже набила мне шишку на затылке, но больше тебе не придется пользоваться ею как холодным оружием. Отдай ее мне. Я пущу ее на переплавку или использую для балласта. А может быть, мы просто расплющим ее кузнечным молотом.
Джефф плотнее прижал Норби к себе.