Джефф лишь вздыхал про себя, терпеливо снося неудобства, в то время как Норби изводил его громкими жалобами. Наконец Джефф решил, что нести робота будет легче, чем слушать его нытье. Однако на полпути ему пришлось сказать:
— У меня больше нет сил тащить тебя, Норби. Не будешь ли ты любезен включить свой антиграв на малую мощность?
Норби повиновался. Как всегда, его представление о «малой мощности» оказалось не слишком верным.
— Не так сильно! — крикнул Джефф, когда его ноги начали отрываться от земли. — Ты раскроешь свой секрет.
Норби добавил немного веса, и они продолжили подъем.
Вскоре стало очевидно, что мостовая была не единственным изъяном в этих местах. То, что издали казалось чудесным ландшафтом, вблизи поражало своей неухоженностью, хотя тут и там кто-то без особого успеха старался подстригать кусты и поливать клумбы.
— Похоже, Менторов не слишком волнует внешний вид, — заметил Джефф.
— Что это? — спросил Норби, извернувшись так сильно, что Джефф потерял равновесие и отпустил робота. Когда полный вес неожиданно вернулся к нему, он с размаху сел на землю. К счастью, он приземлился на травяную подушку, проросшую сквозь камни разбитой мостовой.
— Ты все время роняешь меня, — сердито сказал Норби. — Что с тобой неладно?
— Почему ты вертишься? Мне следовало бы спросить, что с тобой неладно! — Джефф встал и потер место, вступившее в контакт с землей.
— Я смотрел на эту штуку. Она удивила меня.
Сбоку от дорожки среди цветов виднелось странное металлическое существо. Одна из его длинных рук заканчивалась щипцами, другая — совком, а третья была похожа на скрученную проволоку. Внизу копошилось множество маленьких ножек. В общем и целом существо слегка напоминало земного краба.
Существо размотало свою проволоку, прикоснулось к Джеффу и тут же попятилось, размахивая остальными верхними конечностями.
— Мы не собираемся ничего ломать, — сказал Джефф.
Не издав ни звука, существо повернулось и начало пропалывать сад.
— Думаю, это просто робот-садовник, — сказал Джефф. — Он выглядит очень старым — весь в царапинах, краска облупилась. Не удивительно, что окрестности замка так запущены.
— Он не разумен, — заметил Норби и снова вплыл в руки Джеффа. — Тебе незачем было его бояться.
— Я вовсе не… — начал Джефф и сердито замолчал, осознав бесполезность своих возражений.
Они поднялись к замку. Перед ними выросли огромные металлические двери — с петлями, но без дверных ручек.
— Может быть, постучимся? — спросил Джефф. — Я не вижу признаков компьютерного сканера.
— На этой планете сканеры могут выглядеть по-другому.
— Ну хорошо: а ты что-нибудь видишь?
— Нет, — сказал Норби. — Я чувствую, что знаю это место, но воспоминания так призрачны… Значок в виде звезды на дверях выглядит знакомым.
— Это потому, что он имеется также на драконьих воротниках и на их подставке для хвоста. Разве ты не заметил?
— Теперь вспоминаю.
— Ты можешь сказать, что он означает?
Норби помедлил.
— Если бы во мне было поменьше земных деталей! — сокрушенным тоном произнес он. — Если бы я весь был с Джемии, то, наверное, уже бы все понял.
— Я почему-то в этом сомневаюсь, но постарайся подумать. Это какой-то указатель или просто знак Других?
— Вот! — торжествующе воскликнул Норби. — Меня словно озарило. Да, это знак Других. Так они метили свою собственность. И если использовать правильную технологию, то звезда плюс извилистый узор по краям двери…
— Такой же узор был и на подушке, — перебил Джефф.
— Я рад, что ты заметил. Так вот: звезда плюс извилистый рисунок говорят о том, как…
— Что?
— Извини, Джефф, но дальше я не могу вспомнить.
Как только Джефф собрался высказать свое мнение об умственных способностях Норби, массивная дверь начала медленно приоткрываться. Внутри не было ничего, кроме длинного, темного коридора.
— Давай войдем, Норби.
Робот отступил на шаг назад.
— Нам обязательно нужно входить? — с опаской поинтересовался он.
— Конечно. Для этого мы и пришли сюда.
Джефф смело двинулся по коридору, оглядываясь по сторонам. Норби побежал за ним, ворча себе под нос.
— Что ты бормочешь? — спросил Джефф.
— Я не бормочу. Во всяком случае, это не слова. Я обдумываю уравнения, которые появляются в моей голове. Этот извилистый узор представляет из себя набор математических формул. Я должен разобраться в них. Я хочу понять себя, чтобы больше не совершать глупых ошибок, вроде посадки в Колизее.