— Ой!
— Тише! — зашипели на них шипящие. — Чего шумите?
Но шипящим не пришлось объяснять, в чем дело. Они уже и сами перешептывались между собой:
— Ошибка! Ошибка! Ошибка!
Наконец. Ошибку заметили все. Твердый Знак подошел к ней и сказал:
— Извините, вы нарушаете правила.
— Какие еще правила? — не поняла Ошибка. — Я не знаю никаких правил.
— Правила следует знать! — строго объяснил Твердый Знак. — Без этого нельзя появляться в тетради.
Но тут случилась Запятая. Она сама чувствовала себя здесь не на месте, а потому сочла своим долгом вступиться за Ошибку.
— Оставьте ее, — сказала Запятая. — Разве вы забыли, что на ошибках учатся?
Ошибка ухватилась за эти слова:
— Да, да, учитесь на мне! — И вдруг заплакала: — Как я стану жить, если на мне не будут учиться?
— Пожалуй, — смягчился Твердый Знак, хотя мягкость в данном случае противоречила правилам грамматики. — Учиться никогда не мешает.
И все стали учиться на Ошибке.
— Скажите, — спрашивало у нее Дополнение, — вот я, например, подчиняюсь Сказуемому. Но, может, лучше подчиниться кому-нибудь другому?
— Это правда, что нельзя все отрицать? — осведомлялась Отрицательная Частица. — Мне-то все равно, я могу и утверждать, если буду знать, что именно это от меня требуется.
Ошибка не успевала всем отвечать, и тогда на помощь ей пришли другие ошибки. Слова и знаки учились прилежно, старались изо всех сил.
И никак не могли понять — за что им поставили единицу?
Добро бы учиться было не на ком, а то — ошибок полным-полно… Но может, все-таки недостаточно?
Иностранное слово
В словарь русского языка прибыло Иностранное Слово.
Наш язык всегда поддерживал дружеские отношения с другими языками, поэтому Иностранное Слово встретили очень любезно и, поскольку оно оказалось Существительным, предложили ему на выбор любое склонение.
— Только сначала нужно выяснить, какого вы рода, — объяснили ему.
— Пардон, — сказало Иностранное Слово. — Я изъездило столько стран, что давно позабыло свой род.
— Но как же вы тогда будете склоняться? — стали в тупик все Параграфы.
— Склоняться? Перед кем склоняться?
— Ни перед кем. У нас это обычное правило вежливости. Существительные склоняются в знак уважения к другим словам, с которыми они встречаются в тексте, а также в знак признания Единых Правил Грамматики.
— Мерси, — сказало Иностранное Слово, — я хоть и безродно, но не привыкло склоняться. Это не в моих правилах.
— Тогда мы не сможем вас принять, — сказали Иностранному Слову Существительные Первого Склонения.
— И мы не сможем, — сказали Существительные Второго Склонения.
Существительные Третьего Склонения ничего не сказали. Они были очень мягки, потому что все принадлежали к женскому роду. Но их вид достаточно красноречиво говорил, что и они отказываются от Иностранного Слова.
— В таком случае вы не сможете принять наше гражданство, — предупредил Иностранное Слово строгий Параграф, — Придется вам быть лицом без гражданства.
— О'кэй! — обрадовалось Иностранное Слово. — Для меня это самое лучшее. Я презираю любое гражданство, поскольку оно ограничивает свободу Слова.
Так Иностранное Слово поселилось в нашем языке в качестве несклоняемого.
Но не может слово жить в тексте без общения с другими словами. Иностранному Слову захотелось поближе познакомиться с глаголами, прилагательными, частицами. И, узнав их, Иностранное Слово очень быстро убедилось, какие это простые, отзывчивые, культурные слова.
Ради него спрягались глаголы, с ним согласовались местоимения, ему служили предлоги я другие служебные слова. Это было так приятно, что Иностранному Слову захотелось склоняться перед ними.
Постепенно оно переняло культуру нашей речи.
В русском языке Иностранное Слово нашло свой род и оценило его понастоящему. Здесь оно обрело родину, как и другие иностранные слова — Прогресс. Гуманность, Космос, — которые давно уже стали в русском языке полноправными гражданами.
Такими же полноправными, как наши родные слова — Наука, Мечта, Справедливость.
Чёрточка
Маленькая Черточка знала свое дело. Она с большим искусством разделяла самые сложные слова, присоединяла нераспространенные приложения, даже принимала участие в образовании некоторых частей речи. Чего только не перенесла Черточка на своем веку — и ни разу не нарушила правил переноса.