— Максим Иванович, они могут освободить тех, кого заперли в гардеробе, — подсказал Молотков.
— Атаман дал мне один маленький запасной распылитель, — Гайкин расстегнул рюкзак и вручил короткую пушку одному из парней, показал, как стрелять. — Он, конечно, не такой мощный, как у нас, надо бить в упор. Но другого оружия нет.
— А в кого стрелять? — спросил рыжий парень, с недоверием разглядывая самодельное устройство с баллонами. — Это что, краской стреляет?
— Стрелять во всех, у кого серые пауки вместо глаз. Как у завуча Марьяши, — доходчиво объяснил Молотков. — Но самый опасный — директор и другие, кто в дымчатых очках.
Остальным Гайкин выдал по три розовых зайца.
— Мы все сделаем, — пообещали ребята. — А что потом, когда кончатся гранаты? Они же всех превращают в зомби!
— Это никакие не зомби, — поморщился Молотков. — Зомби только в тупых американских фильмах. Вы двое бегите к актовому залу, где они поют песни. Закидайте их бомбами и убегайте. Потом завалите партами вход, который за черной лестницей, и выход из столовой. Чтобы больше никто не мог пройти в школу! И постарайтесь где-нибудь спрятаться. А ты… — Он повернулся к девочке: — Как тебя зовут?
— Катя, Катя Пастухова, — девочка все еще тряслась, но потихоньку приходила в себя. Огромными глазами она в ужасе разглядывала хаос, царивший в кабинете химии.
— Ага! — вспомнил Молотков. — Ты состоишь в совете учеников и голосовала за то, чтобы меня выгнали из школы?
— Ой, я больше не буду, — растерялась Катя. — Нам так завуч приказала голосовать.
— Вы все были против меня, — насупился Егор. — Даже никогда со мной не разговаривали. Я для вас мелюзга! Хотя вы ничего не знаете ни про тех хорьков, ни про живой уголок. Как же вы хотели выгнать человека из школы лишь потому, что приказала завуч?
Катя Пастухова понурилась. Другие восьмиклассники тоже молчали, опустив головы.
— Вот так, — подвел итог дедушка Гайкин. — И не нужны никакие зомби. Егор, не сердись на нее, сейчас не время.
— Я не сержусь, — вздохнул Молотков. — Это уже неважно. Ты поняла, как кидать бомбу? Не бойся ее, она не такая, как настоящие. Там нет пороха, и руки не оторвет. Очень осторожно ступай вниз по лестнице, что за библиотекой. Если увидишь людей в черных очках, сразу кидай бомбу! Поняла? Постарайся добраться до входа в спортзал. Скорее всего, у тебя не получится, там охрана. Кидай в них мяч и зайца и убегай. Поняла? Мы будем ждать и нападем с другой стороны.
— Я все сделаю, — пообещала Катя Пастухова. Зубы у нее стучали, но настроена девочка была очень решительно.
— Здорово придумал, — похвалил Гайкин, провожая глазами восьмиклассников. — Егор, оказывается, ты настоящий военный стратег!
— Максим Иванович, у меня к вам тоже просьба, — грустно сказал Молотков. — Если со мной что-то случится, вы расскажите моей бабушке все как было. Чтобы она не думала, что ее внук — двоечник и хулиган.
Егор отвернулся и быстро пошел по коридору, чтобы Гайкин не подумал, что он плачет.
Глава 31
Восьмиклассники побежали к черной лестнице. Егор припустил в другую сторону. Гайкин пыхтел следом, но не отставал.
— Стоп, они внизу, слышишь? — шепнул дедушка Гайкин на площадке второго этажа.
— Это в спортзале… — Егор прислушался. — Но раньше было иначе. Почему больше не поют и не кричат свои дурацкие стишки?
Снизу доносился крайне неприятный звук. От него начинали болеть зубы, а руки покрылись пупырышками. Там жалобно стонали люди, что-то звякало, скрежетало и лязгало.
— Максим Иванович, как будто зубы лечат…
— Угу, мне это тоже не нравится, — Гайкин осторожно выглянул в окно. — Похоже, добровольцев у Нестора все меньше. Вокруг школы они всех улучшили. Теперь затаскивают людей силой. Потому и крики. А вон там, за углом, на футбольном поле, строятся в колонны… Ох, Егор, все гораздо хуже, чем я себе представлял.
— Нам их не осилить? — еле слышно спросил Молотков.
— Я не понимаю, где атаман… — Гайкин начал фразу, но не закончил. Снизу донеслись три, четыре, пять взрывов, один громче другого. Люди закричали хором, посыпались стекла, завыла сирена.
— А вот и атаман, — хохотнул Гайкин. — Ох и задал он им жару! Пошли, долго он выход не удержит!
Молотков запрыгал вниз через две ступеньки. За поворотом лестницы громоздилась пирамида пустых ящиков — желтых, черных и красных. Выглянув, Молотков рассмотрел вход в спортивный зал. Рядом с ним стояли двое часовых. Они пропускали внутрь случайных прохожих и выдавали им мешки с подарками. Те, кого улучшили, как и прежде, выходили через другую дверь и сразу послушно строились в колонну.