Все вздрогнули и сощурились от хлынувшего света, но никакие монстры в открывшуюся дверь на них не бросились. Путешественники осторожно вышли на обширную каменную террасу.
Вторая пещера оказалась меньше, с тёплым сухим воздухом и более высоким сводом. Они подошли к краю террасы, прикрываясь ладонями от сияния потолка.
Весь подземный зал зарос густым, почти непроходимым кустарником с мясистыми зелёными листьями и ярко-красными стручками.
На ветках кустарника сидели многочисленные серые птицы размером с курицу. Они не чирикали и не свистели, а только громко шипели — как змеи. Головы этих птиц более всего походили на черепашьи — тупые, без клювов, с лысой кожей, висящей складками на длинной шее. Птицы беспрерывно срывали с веток стручки и дружно их жевали.
— Растительноядные змеептицы! — удивился Джерри.
Змеептицы или птицезмеи летали плохо — лишь неуклюже перепархивали с куста на куст. На этих же кустах виднелось множество сплетённых из листьев гнёзд. Одна птица столкнула другую в борьбе за стручок; тяжёлая птицезмея перелетела на соседнюю ветку, но не сумела удержаться на тонком качающемся насесте и свалилась на землю.
Кусты немедленно зашуршали, и оттуда выскочил симпатичный белый козлёнок с маленькими рожками. Он мгновенно вцепился в длинную шею птицы острыми зубами и перекусил её.
— О боги! — изумлённо пробормотал Смит. — Хищные козы…
Бедному плотоядному козлёнку не дали спокойно пообедать. Из кустов горохом посыпались жалобно блеющие пасторальные козочки.
Они подбежали к счастливцу со змеекурицей в зубах и тут же разорвали в клочья не только его добычу, но и самого удачливого охотника.
— Меня сейчас вырвет… — жалобно пробормотал Джерри, и Никки его понимала.
— Чудовищно! — потрясённо сказала она.
— Классическая замкнутая экосистема. — Хао был невозмутим. — Растительность, травоядное и хищник.
— И ещё, как минимум, набор гнилостных бактерий… — зажала Никки нос. Действительно, в пещере здорово попахивало тухлятиной и помётом.
За научной дискуссией ребята не заметили, что под террасой собралось уже штук сорок беленьких козочек и козликов, которые во все глаза смотрели на них — четвёртый и очень аппетитный биологический вид, неожиданно появившийся в их пещере.
Лишь козлята, уже пообедавшие змеекурицей и удачливым… э-э-э… неудачливым собратом, не проявляли интереса к гостям — они дружно вылизывали свои окровавленные шкуры, смущённо, не глядя друг на друга. Кажется, они понимали, что погорячились.
Козлёнок с чёрным пятном вокруг левого глаза грёб копытами листья, пытаясь замаскировать следы каннибальской трапезы, и нервно косился на тропинку, выходящую из зарослей.
— Тарантул их задери, — озаботился Смит. — Как нам прорваться дальше? — Он указал на противоположную террасу с дверью. — По таким кустам мы быстро бежать не сможем. А этих козочек тут сотни, у нас может не хватить боезапаса.
— Кроме того, даже если мы прорвёмся, — заявила Никки, — то уложим столько этих… зубастиков, что экологическое равновесие пещеры может быть нарушено…
— Ты что — жалеешь этих монстров? — удивлённо спросил Джерри.
— Они не виноваты, что люди сделали их такими, — покачала головой Никки. — Они живут, как могут. Как и сами люди.
Она внимательно осмотрела стены и потолок, потом вытащила из рюкзака длинную тонкую синтерёвку с двумя крюками и молотком-топориком.
Один крюк она крепко забила в стену и проверила его на прочность.
— Что ты собираешься делать? — спросил её Смит.
Никки не ответила, а сложила синтерёвку кольцами и подвесила за спину.
— Отойдите на край террасы, — скомандовала она.
Все послушались. Никки легко отбежала в дальний конец балкона, развернулась и вдруг рванула вдоль стены так, что воздух засвистел вокруг. Она промчалась мимо изумлённых и встревоженных друзей, долетела до другого края террасы и… прыгнула на стену круглой пещеры. Ребята онемели.
Никки, быстрая как ветер, бежала по вертикальной стене. Её тело располагалось почти горизонтально — с наклоном вверх. Верёвка разматывалась за Никки длинным шлейфом. Несколько секунд такого бега по стене — и чёрная фигурка спрыгнула на противоположную террасу.