Все Леопарды и их болельщики шумно и весело отправились в кафе — отпраздновать славную победу над Совами. Пообломали Совам крылышки-то!
— Никки, почему ты не идёшь со всеми? — крикнул кто-то из проходящих.
— Потому что, когда мой голос сливается в хоре, я чувствую себя пойманной на крючок… — мрачно пробормотала Никки.
Она подошла к Джерри, устало вышедшему из раздевалки.
— Ты сильно расстроился из-за проигрыша? — участливо спросила она.
— Да что ты, Никки! — удивился Джерри. — У меня иммунитет к мелким неприятностям…
Они медленно шли по парку к замку, таща свои потрёпанные крылья.
— Этот иммунитет привил мне отец, — продолжал Джерри. — Я прибегал к нему и жаловался на свои страшные несчастья: палец порезал, рисунок испортил, фломастер сломал, головоломка не складывается — мало ли у ребёнка трагедий в жизни. Он сажал меня к себе поближе и совершенно серьёзно говорил: «Я желаю тебе, чтобы все твои несчастья в жизни были такими».
И я научился понимать, что все эти мелочи — сущая ерунда и слава богам, что мои несчастья всего лишь такие. Это был важный урок. Второй урок он продемонстрировал, когда я уже подрос и фатально сломал любимую игрушку-робота. Заменить его было нельзя, ведь я его долго обучал всяким штукам, и новый робот будет снова дурак — совсем не то, что мой Бипик. Я был безутешен.
Отец сказал мне: «Научись не зацикливаться на безвозвратно утраченном, а попробуй сосредоточиться на том, что у тебя осталось. И ещё — всегда пробуй обернуть поражение победой. Иногда так говорить неуместно, но часто бывает, что нет худа без добра. Например, одно из самых страшных несчастий в нашем жестоком мире — увольнение с работы. Но даже в этом факте можно найти положительное — а вдруг это удобный момент начать собственное дело и разбогатеть?»
Потом папа сел со мной на пол, и мы разобрали бедного Бипика на мелкие части. Тогда я впервые познакомился с ходовой частью робота изнутри — с этого и началось моё увлечение конструированием роботов. Так поломанный Бипик дал мне важный толчок и, в каком-то смысле, оказался для меня более полезным, чем в целом состоянии.
— Он был очень умён, твой отец, — сказала Никки, и её сердце сжалось — своих родителей она почти не помнила, только неясные щемящие ощущения да колыбельная песня, которую ей пела мать…
— О да! — с гордостью произнёс Джерри. — Он работал на стыке математики хаоса и социального моделирования и написал знаменитую книгу. Отец вовсе не был сухарём-математиком, оторванным от жизни, он очень многое знал об этом мире…
Помню, как-то он загрустил — уже здесь, на Луне, — сел со мной рядом и говорит: «Джерри, учёный должен служить обществу: с одной стороны, он живёт на его налоги, с другой — он умнее и образованнее прочих и в силу этого должен помогать тем, кому не так повезло… Служи обществу, Джерри. Но, мой тебе совет, не жди от него благодарности… меньше будет разочарований. Постарайся позаботиться о себе сам».
Так, за разговором, они дошли до замка, где в башне Леопардов царило непринуждённое послематчевое веселье. Никки не приняла в нём участия, с некоторых пор она избегала шумных компаний. Чем дальше, тем больше Никки отстранялась от других школьников, уходила в себя и мрачнела.
Настал день матча с «Золотыми Драконами». Когда Никки шла с крыльями под мышкой в раздевалку стадиона, по пути ей повстречалась группа болельщиков-Драконов, собравшаяся вокруг своей команды.
— Эй, Никки-Маугли, сегодня тебя понесут с поля! Соскребут с земли всё, что от тебя останется, и унесут в корзинке! — заорал Мин из «Золотых Драконов», рослый плосколицый парень с разбитным выражением физиономии. — Ты слишком зарвалась, тебя надо немножко проучить!
Никки остро взглянула на него, но промолчала и прошла мимо.
Команды-соперники выстроились на стартовых площадках в противоположных концах стадиона. Матч «Золотых Драконов» и «Летающих Леопардов» комментировал Джиллиспи, пятикурсник-Олень: традиция требовала, чтобы комментатор матча принадлежал к нейтральному ордену, не участвующему в матче.
— Отличный состав собрался в обеих командах, — бодро повёл он репортаж и перечислил всех участников матча. У Драконов Джиллиспи отметил Дитбита, сбившего двоих игроков-Оленей в прошлом матче, а у Леопардов расхвалил Никки, которая нанесла больше всех успешных ударов в матче с Совами и оказалась лидером команды по очкам.
Раздался гонг, и две крылатые пятёрки взмыли в воздух. Драконы летали на ярко-красных крыльях с крупными золотыми драконами, а Леопарды обтянули крылья леопардовой тканью — жёлтой в чёрных неровных пятнах. У всех игроков в руках вспыхнули длинные плазменные мечи, и великая битва в воздухе началась.