Астрономическая секция. Руководитель — Василий Румянцев (фото нет), директор обсерватории — бородатый Тимур Крячко, сфотографирован возле телескопа.
Илья сказал:
— Пошли в Совет. А потом зайдём в обсерваторию.
Совет МНОУ был просто большой комнатой, где сидели, стояли и галдели два десятка подростков.
С Ильей все здоровались, причём Гера обратил внимание, что рукопожатие было необычным — пожимались не ладони, а большие пальцы. «Во дают вундеркинды!» — озадаченно подумал он.
Они с Тайкой сели в стороне — осмотреться и послушать информационный шум.
Невысокий мальчик с белокурым чубом рассказывал:
— Пришёл к нам новый учитель математики. А наш класс — математический и весь записан в общество вундеркиндов. Учитель этого не знал. Говорит: «Откройте учебники на десятом параграфе. Сегодня изучаем векторное произведение…» Вася поднимает руку и лениво говорит: «Это детство мы миновали два года назад. Сегодня у нас по плану группы Ли!» Учитель покраснел, проверил по компьютеру и говорит: «Извините, я сегодня не готов к уроку».
— Ха-ха-ха! Учитель — и не готов?!
— Ага! Но он быстро нашёлся — вызвал того же Васю на учительское место, и тот целый час про групповую алгебру рассказывал. Получил сразу две пятёрки.
— Уравнения Киллинга — очень красивая вещь!
— А у нас из секции математики один мальчик ушёл в филологический кружок.
— Старая история: для математика у него была слишком бедная фантазия, и ему пришлось уйти в поэты. Ха-ха!
— Чему ты так рад? Узнал, как решить бином Ньютона?
— Что сегодня будем обсуждать на Совете?
— Нас пригласили в Миасскую школу — рассказать о нашем обществе.
— О, это будет интересно! Как-то мы на два дня поехали в Коркинскую школу: местный учитель попросил помочь организовать филиал нашего научного общества. А сами школьники встретили нас свистом и смехом: «Ботаники приехали! Будут уговаривать нас цветочки собирать и бабочек ловить.
Давайте лучше в волейбол сыграем!» А мы неожиданно соглашаемся:
«Давайте!»
Кто-то в комнате захихикал.
— Выставили коркинцы свою мужскую сборную. А у нас парней на команду не набиралось, так что мы парой своих девчонок доукомплектовались. Никто из нас особенно в волейбол не играл, но мы разгромили эту школьную сборную как детей. Андрюха у нас был рослый, а Светка прыгала как кенгуру… На последней игре мы так разошлись — почти всухую хозяев обидели. Очень они расстроились…
— Вечером на танцах они расстроились ещё больше — когда наши Володя с Аней на глазах всего восхищённого зала оторвали сногсшибательный акробатический рок-н-ролл! Анины ноги взлетали под потолок, а у местных мальчиков рты были открыты, как при хоровом пении.
— А их девочки при расставании шмыгали носами и просили приезжать ещё…
— Да, встречали нас как последних ботаников, а провожали как первых космонавтов!
— Ну и секция общества в школе возникла мгновенно — даже с некоторой давкой в дверях…
— А когда будет обсуждаться программа весенней конференции? У меня целых два доклада — по химии и теоретической физике.
— Физику у вас по-прежнему профессор Свирский ведёт?
— Да, старик ни одного воскресенья не пропускает. В прошлый раз мы пробовали построить теоретическую модель электрического сопротивления металлов и диэлектриков. С учётом магнитного поля.
— А не знаете — будет ли в этом году экспедиция за метеоритами?
— Конечно, будет. Хорошо бы не в Казахстан, а в Египет — там легче камни искать.
— А ни у кого нет лишнего бумажного сборника конференции за прошлый год? Надо в школьную библиотеку отдать.
— Кто поменяется со мной днями дежурства на телескопе? У меня послезавтра день рождения. Если не найду замену — придётся гостям есть мой торт без меня.
— Готов поменяться, но только отдашь мне за это лишний час своего наблюдательного времени.
— Ах ты сквалыга! Хочешь первым комету найти? Ладно, согласен, только если признаешься — в каких спектральных линиях ты предпочитаешь искать кометы?
Гера слушал в три уха и смотрел в четыре глаза. Тайка тоже не упускала ни слова. Перед ними открылся совершенно другой мир. Их школа неплохая, и ребята там неглупые, однако немыслимо подойти на перемене к какому-нибудь однокласснику и сказать: «Уравнения Киллинга — очень красивая вещь!» или спросить: «В каких спектральных линиях ты предпочитаешь искать кометы?»