Тоби затолкнул инспектора в свободное кресло, сам застегнул ему ремни и прыгнул за штурвал.
Катер рванул с места так, что вчерашнее пиво чуть не выплеснулось из Рединбурга.
Но Тоби не слушал стоны инспектора — он ускорял катер, одновременно выводя его из узкого ущелья.
— Такого толчка я уже полгода не видел. Выброс должен быть сильнейший, но как на грех в том каньоне у нас почти нет датчиков.
— И что ты собираешься делать?! — спросил Рединбург, который проглотил таблетку от воздушной болезни и порозовел лицом.
— Мы везём с собой дюжину датчиков. Сейчас мы их расставим вокруг вулкана и начнём регистрировать параметры толчка и химсостав выбросов. Чем только энцеладские черти не шутят — может, и подлёдную органику наружу выбросит.
Тоби ввёл катер в такой крутой вираж, что инспектора прижало к боковой стенке.
— Куда мы так спешим? — недовольно спросил Рединбург.
— Извержение началось двадцать семь минут назад, а у нас всего два датчика в этой области — на расстоянии трёх и пяти километров. Мы теряем важную информацию!
Рединбург не думал, что эта информация важнее сна, но спорить было бессмысленно.
«А зачем меня туда тащить?» — спросил мысленно инспектор, и Тоби словно услышал его мысли:
— Хочу, чтобы ты составил полное представление о моей работе. Такие срочные вылеты случаются почти каждую неделю.
— М-магелланово облако! — воскликнул аспирант. — Какая красота!
И только тут инспектор обратил внимание на сверкающий впереди высокий столб криовулканического выброса. Выброс походил на стокилометровый хрустальный букет из пара, воды и обломков льда. Всё это сверкало в косых солнечных лучах и в мягком свете полного диска Сатурна, который с любопытством навис над диковинным цветком, выросшим из трещины ледяного панциря Энцелада.
Это было феерическое зрелище.
Даже инспектор прекратил брюзжать и с раскрытым ртом следил за вулканическим извержением.
Но восхищение инспектора быстро прошло, когда он увидел, что катер приблизился к султану так близко, что автопилот стал беспрерывно пищать, сигнализируя о падающих сверху ледяных глыбах.
Катер сбросил скорость и стал метаться, как блоха на сковороде, уворачиваясь от падающих с неба камней. Скорость их была невелика, но количество всё возрастало и возрастало. От мелкой крошки убежать было уже нельзя, и она с грохотом забарабанила по крыше машины.
Зубы инспектора застучали в ответ.
— Ты куда полез! Это же опасно!
— Ничего страшного, — бодро сказал Тоби. — Это на редкость прочная машина, да и автопилот меня ещё ни разу не подводил.
Катер так тряхнуло, что челюсть Рединбурга лязгнула и едва вернулась в своё рабочее положение.
— Ты меня хочешь удивить?! — взвизгнул инспектор.
— Нет, я хочу поставить датчики поближе к точке извержения, желательно — в районе старой кальдеры. — Тоби прицелился и выстрелил первым датчиком в небольшое плоскогорье.
И тут автопилот бросил катер в такое крутое пике, что тело инспектора захотело взлететь со своего места и вступило в борьбу с привязными ремнями.
Рединбург вцепился руками в подлокотники и расширенными от ужаса глазами смотрел, как мимо катера пролетела глыба размером в пятиэтажный дом.
Аспирант сзади то ли фыркал, то ли хныкал, то ли смеялся и всё время поминал чертей Магелланова облака.
Дальше инспектор лишь молчал и держался за кресло. А Тоби, невзирая на бешеный галоп катера, выбирал подходящие места и отправлял вниз всё новые и новые сенсоры.
Наконец, кассета с датчиками закончилась, и учёный скомандовал:
— Домой!
Автопилот бросил катер вниз и… перевернул его на спину, уходя от града обломков извержения. Мир в глазах графа тоже перевернулся, потом бросился в сторону, вздыбился как взбесившийся конь и ударил копытом в бок катера.
По крайней мере так ощущалось попадание полуметровой глыбы льда в их машину.
Рединбург давно не мог говорить, зато Тоби ласково сказал кому-то:
— Но-но, не дури!
По мере удаления от кратера нового криовулкана полёт кораблика становился всё плавней, и к инспектору вернулась речь:
— Я вижу, что твой проект очень плохо продуман. Почему бы заранее не установить датчиков побольше и не лезть в пекло? Ведь эти датчики не очень дорогие.
Тоби заливисто рассмеялся.
— Что ты смеёшься, индюк?! — рассердился инспектор.
— Это же вы срезали ту часть моего проекта, которая предусматривала закупку нужного количества датчиков!