— Искусно, — восхитился сэр Бедефер. — Я хотел бы взглянуть на него, если не возражаете. Он способен сражаться?
— Не очень умело. Ему запрещено причинять людям боль, — пояснил волшебник, покосившись на Чела. Заметив, что мальчик смотрит сердито, Мордион добавил: — Но он говорит.
— Почему-то меня это не удивляет, — сказал сэр Бедефер.
К тому времени последние воины уже исчезли за деревьями.
Сэр Бедефер посмотрел на Чела:
— Этот малый хочет стать рыцарем?
Просияв, мальчик изо всех сил закивал.
— Тогда пойдем со мной, — предложил сэр Бедефер, — будем тебя муштровать.
И они вместе направились вдоль зубчатых стен по направлению к лестнице, ведущей вниз к переднему двору.
— Думаете, у него получится? — тихо спросил Мордиона Бедефер, кивнув на мальчика.
— Полагаю, он зря потратит на это силы, — искренне признался волшебник, — но это то, чего он хочет.
Брови сэра Бедефера приподнялись.
— Похоже, вы говорите исходя из собственного опыта, волшебник. Когда-то и вы обучались, не так ли?
Проницательный человек, сэр Бедефер. Мордион понял, что в очередной раз (за это Энн всегда его ругала) подменил мнение Чела своим собственным. Если бы мальчик стал кем-то вроде сэра Бедефера, в этом не было бы ничего плохого — кроме того, что и сэр Бедефер, наверное, зря потратил на это силы.
— Да, я прошел обучение, — признался волшебник. — Ничего хорошего из этого не вышло.
Стайка дам засеменила вниз по лестнице.
— Так я и подумал, — сказал сэр Бедефер, пока они вежливо отходили в сторону, пропуская дам вперед. — Приятное зрелище, не правда ли? — добавил он, кивая на дам.
И впрямь приятное — тонкие талии, колышущиеся головные уборы, разноцветные платья. Мордиону пришлось признать, что в лесу такого не увидишь. Когда девушки проплывали мимо, шелестя нарядами, болтая и смеясь, он заметил, что одна из них — та самая блондинка, одолжившая ему свой пояс. Чел уставился на нее так же, как и прошлым вечером. Похоже, он был совершенно очарован. Дама, шедшая за ней, была ниже ростом и пышнее, с приподнятыми скулами.
— Энн! — позвал Мордион.
«Он меня знает!» Резко обернувшись, Виерран увидела изумленную и изумительную улыбку Мордиона. Горестное страдание у нее внутри сдалось под напором огромной, всепоглощающей теплоты.
— Меня зовут Виерран, — поправила она, чувствуя, что ее лицо сияет так же, как лицо Мордиона.
— А я всегда подозревал, что ваше имя должно быть длиннее, чем Энн, — заметил он.
Все обходили их стороной и спускались, а они так и стояли вместе на самом верху лестницы.
— Что изменило его? Ваше имя, — осведомился волшебник. — Баннус?
— Проклятый Баннус! — воскликнула Виерран. — Мне будет о чем с ним потолковать, когда я его поймаю!
У нее на кончике языка вертелось объяснение, зачем ей приспичило толковать с Баннусом, но, подняв глаза на Мордиона, она поняла, что он все еще не знает. Лицо, которое ей улыбалось, уже не было лицом Слуги. Но еще не было и лицом Мордиона из леса. «Все идет к тому, — сообразила девушка. — И я ни за что не позволю испортить этот миг!» И тут она задала вопрос, показавшийся ей очень срочным:
— Сколько, по-вашему, мне лет?
Мордион оглядел ее сверху донизу. Виерран обрадовалась, заметив, что это, видимо, доставляет ему удовольствие.
— Трудно сказать, — признался он. — Вы выглядите моложе в этой красивой одежде. Но я всегда считал, что вам около двадцати.
— Вообще-то, двадцать один.
Виерран залилась краской, вспомнив, как застряла на дереве.
— А вы знаете, сколько лет вам?
— Нет, — ответил Мордион.
Девушка знала, что Слуге двадцать девять, но не сказала ему этого. Она приподняла шлейф красивого платья — кстати, в нем было жутко неудобно, но, раз Мордион считал его красивым, оно того стоило, — и начала спускаться по лестнице.
— А вас просто переместили в этот замок, как и меня? — спросила Виерран.
— Нет, нам пришлось самим добираться, — объяснил волшебник. — Ям, конечно, протестовал. И… О, а нас могут здесь услышать? Это уморительно смешно.
Когда они огляделись, то поняли, что одни. Пока они спускались по лестнице, Мордион рассказал ей о знаменитой ране короля Амбитаса. К тому времени, когда они оказались во дворе, никто из них уже не мог говорить от хохота.
Остаток дня Мордион и Виерран провели вместе — а может, и несколько дней. Как обычно, из-за Баннуса было сложно определить. Иногда они гуляли по окрестностям, но бо́льшую часть времени проводили, сидя рядом на скамейке у стены в главном зале замка. Если Моргана Ла Трей требовала Виерран к себе, ее всегда можно было найти именно там.