— Что ж, даю тебе на раздумья двадцать четыре часа, Джим. А потом ты сам резко поменяешь свою точку зрения.
— Я молю Бога, чтобы ты оказался неправ.
— И все-таки я прав. — Карл вышел из дома и остановился на крыльце. На веранде сидела крупная кошка и внимательно следила за ним желтыми, яростно сверкавшими глазами.
— Тварюга проклятая, — процедил Карл сквозь зубы.
Кошка сначала замурлыкала, а потом вдруг неожиданно зашипела, хищно обнажив свои острые клыки.
Глава двадцать первая
Ания и Пэт отдыхали в лесной чаще, возле подернутого зеленовато-желтой слизью, источавшего нестерпимое зловоние болота. Эта слизь внешне напоминала гной, скапливающийся в ране. Бурлящее болото время от времени закипало и извергало на поверхность газы, которые и издавали этот отвратительный запах. Обе дьяво лицы знали, что древние повелители, пробив земную твердь, вот-вот явятся в этот мир. До заветного момента оставались считанные часы. А потом начнется триумфальное шествие сил Зла по планете.
Ания и Пэт обменялись долгими взглядами. Они общались между собой телепатически: им не нужны были слова, чтобы понять друг друга. Дьяволицы чувствовали, что в игру вмешался какой-то посторонний элемент. Только сейчас они не могли разобрать кто это. Ясно было одно: сей элемент враждебен. А вот насколько это новое звено в их слаженной цепи сильно и как оно может повлиять на ход событий, не поддавалось определению. Чувствовалось лишь его присутствие… да и то в какой-то неопределенной форме.
А еще Ании и Пэт стало известно, что их дитя погибло, и уничтожил его христианин по имени Карл Гаретт
Его необходимо убрать. Те, кто отважился выполнять поручения и служить близнецам Ании и Пэт, утвержда ли, будто план обезвреживания и истребления Гаретта тщательно разработан.
Но, как бессловесно заметила Ания, у Карла Гаретта оказалось много общего с отцом; видимо, многие черты характера передались по наследству, так что избавиться от Карла будет делом нелегким… если не сказать большего. Вероятно, эю просто невозможно.
Имеются ли другие пути, как обмануть Гаретта или на худой конец обойти его стороной? Ания много думала над этой проблемой, но ответа так до сих пор и не нашла.
Со дна болотца поднялись газы и с громким чавканьем вырвались из-под слизи, распространив вокруг гнусной лужи жуткое зловоние. Древние идолы упорно, дюйм за дюймом, продвигались к поверхности земли, освобождаясь из своих вековых оков.
Но скоро ожиданию придет конец. Очень скоро.
— Помнится, ты говорил, будто у Кита неожиданно прорезался рассудок, — усмехнулся Джим, обращаясь к Майку.
— Ну, да. Не совсем, конечно, но кое-что я разобрал, — отозвался тот. — Может быть, он уже успел наглотаться таблеток, когда шел к нам? Потому что сейчас он, по-моему, уже туговато соображает, что происходит вокруг.
Джим схватил Кита за грудки и сильно тряхнул юношу.
— Эй, парень! — крикнул он ему прямо в ухо. — Может, приведешь в порядок свои мозги, прежде чем открывать рот, а?
— Он превратился в чудо-юдо, — выдавил наконец Кит.
На этот раз ему удалось соединить вместе несколько слов, и, если принять во внимание гигантский интеллектуальный уровень Кита, эта последняя, вполне членораздельная фраза являла собой чуть ли не вершину риторического искусства бедного Кита.
— Кто превратился в «чудо-юдо»? — не понял Джим.
— Папаня.
— Где он сейчас?
— В горах.
— Послушай, родной, наш округ — сплошные горные хребты, их тут на сотни миль, понимаешь? В каких он юрах, как называются эти хребты?
Но Кит уже погрузился в свой мир грез и, заметив на столе вазочку с искусственным букетом, вытащил один цветок. Сунув в него нос, Кит с громким свистом начал вожделенно втягивать ноздрями воздух.
Джим с отвращением покачал головой, наблюдая за убогим созданием.
— Это где-то в милях четырех или пяти от нашего дома, мистер Хант, — вступил в разговор Жаба. — И не думайте, что Кит вешает вам лапшу на уши. Я своими глазами видел папаню. Да мы все вчетвером его видели. Он превратился в какое-то чудище морское, его и словами-то не опишешь.
Джим выглянул в окно кабинета. День близился к концу. Наступали сумерки. Надо начинать поиски, а со временем, похоже, не густо. Вряд ли кто-нибудь решится отправиться в эти леса после захода солнца. Включая и самого Джима Ханта.
— А вы, ребята, куда собираетесь сейчас? Будете ночевать дома? — поинтересовался Джим.
— Ни за что! — истерично взвизгнул Бубба. — Там чертовщина всякая творится, чудовища да привидения разгуливают, и еще Бог весть какая нечисть водится.