— Они вошли отсюда, — объявил Том, указывая на боковую дверь, ведущую в подвал двухэтажного школьного здания. — Я слышал, когда Вэл объясняла кому-то по телефону, как пробраться в этот чертов подвал.
— А чем же они там внизу занимаются? — округлил глаза пастор Спеед.
— Балуются марихуаной, нюхают кокаин, просто поддают и, конечно же, трахаются, — как на духу признался Чак.
Пастор Спеед не ожидал услышать такой красноречивой тирады, сплошь состоящей из ласкающих слух слов, да еще от кого — от человека, имеющего духовный сан!
— О небеса! — патетически воскликнул он. — Чак, как у вас только язык поворачивается произносить такие словечки!
— Спускайтесь-ка с небес на нашу грешную землю, — посоветовал Чак. — Оставьте на время ваши высокие материи и хоть чуточку повозитесь в дерьме. Ради разнообразия.
Крис хотел было возразить, но, трезво оценив обстановку, счел за благо промолчать. В конце концов эти двое вооружены. И кто разберет, что у них там на уме…
Том, повернув ручку двери, распахнул ее. Тут же всем троим в нос ударил запах смерти, особенно хорошо знакомый священникам.
— А ведь здесь что-то произошло, — глубокомысленно возвестил Крис. — Я это нутром чую.
Снизу не доносилось ни звука. Стояла кромешная тьма.
— Я пойду первым, — объявил Чак, забирая из рук Тома фонарь. Священник тут же включил его, и узкий луч света словно вселил в людей мужество. Чак ступил на лестницу и начал медленно спускаться по ступенькам. Запах смерти с каждым шагом усиливался, смешиваясь с другим, более резким запахом. Казалось, что там, внизу, обитают дикие звери.
Но вот луч фонарика выхватил из непроглядного мрака то, что раньше было рукой подростка: обглоданная кость и пальцы, сжатые в кулак.
Крис начал усердно молиться.
— Бог ты мой, — прошептал Том, когда луч света упал на изуродованный труп девушки. Голова ее была пробита, и из раны стекал мозг.
— Но это не Розанна, — так же тихо проронил Чак. — Эту девушку я не знаю.
Том пригляделся к трупу повнимательней.
— Мне она знакома, только я не помню, как ее звали.
— Это дело рук маньяка, — уверенно констатировал пастор Спеед. — Вот так. — Но тем не менее внутренний голос подсказывал пастору, что произнесенные им слова — чушь, и ответ гораздо страшнее.
Следующий труп принадлежал юноше, череп его был чудовищно раскроен. Казалось, что на голову несчастного обрушили бейсбольную биту.
Но никакой биты они не обнаружили.
— Давайте-ка выбираться отсюда, — засуетился пастор. — Надо срочно вызывать полицию. Самим нам, видимо, не справиться. — Он повернулся и без лишних слов припустился бегом к ступенькам.
— Какой позор! Человек удирает, несмотря на то, что его дух повелевает ему остаться, — задумчиво произнес Чак.
— Вы его обвиняете?
— Боже упаси! — улыбнулся священник.
В лесной чаще Ания и Пэт развалились на лужайке, наслаждаясь долгожданным зрелищем. Поверхность болотца закипала и булькала, распространяя ядовитые испарения. Пробил решающий час.
Бульканье усилилось. Пузыри лопались, обдавая траву липкими брызгами. И вдруг на поверхности показалось некое подобие человеческой руки с костлявыми искривленными пальцами и загнутыми когтями.
На окраинах города в заброшенных домах треснул бетонный пол. Из образовавшихся щелей со свистом повалил зловонный дым. Он поднимался из-под земли и постепенно заволакивал все жилище. Затем из трещин выплеснулась густая жижа с отвратительным запахом. Она изливалась неравномерно, толчками, словно в ней пульсировала жизнь. Эта вытекшая на поверхность слизь смахивала на пиявку, она как будто вздыхала, и поверхность ее то вздымалась, то опадала.
А затем наступило затишье. После стольких лет ненавистного заточения силы были на исходе. Их надо беречь и не расходовать попусту. Нужен от^дых.
Но вот силы восстановлены, и пульсирующая жижа вновь потекла с удвоенной энергией.
Запах теперь походил на тот, что издают древние склепы или давно забытые могилы. Но исходил он сейчас не от мертвых. Повсюду из щелей доносилось отчетливо слышимое дыхание, и каждый такой вздох усиливал зловоние.
Сатанисты расселись на ступеньках, спускающихся в подвал, и с благоговением наблюдали, как пульсирующая жижа, набухая и расползаясь, оживает прямо на глазах.
Сектанты жаждали мести. И с нетерпением ожидали возвращения на землю своих кумиров.
Глава двадцать пятая
Джим приказал своему помощнику подбросить домой пастора Спееда, а сам вместе с Томом Малоуном и отцом Винсентом решил исследовать школьный подвал, где произошли страшные убийства.