— Они уже успели заменить рабочих, — сказал Дэнни.
— Ну, конечно, — согласилась Пэтти. — Время такое — рабочих, думаю, сейчас найти нетрудно.
— Ты никого из них не узнаешь?
— Нет, — сказала девочка. — Это уже не те, что были.
— То есть они продолжают держать тех шестерых.
— Другими словами, никто не проболтался.
— Точно.
— Ты абсолютно уверен, что никто из них этого не делал?
— Уверен.
— Но теперь-то ты можешь мне сказать, — заметила Пэтти.
— Пошли, детка, — сказал Дэнни. Он двинулся к расположенному ближе всего от места обнаружения тела Аристоса Депопулоса входу в здание.
Они вызвали автоматический лифт, нажав на кнопку. Двери лифта распахнулись, и близнецы вступили во влажный, прохладный сумрак кабины. Дэнни посмотрел на кнопки, окинув взглядом весь ряд от "П" (подвал) до 6 — верхний этаж. Он нажал на верхнюю, и двери сомкнулись, кабина поползла вверх. Когда они проезжали второй этаж, мальчик проговорил:
— Аристоса ударили красным кирпичом.
— О, — Пэтти издала слабый, приглушенный стон. — Откуда ты знаешь?
— Это же элементарно, — сказал Дэнни. — У него на плечах остались следы красной кирпичной пыли. Конечно, если бы мне удалось увидеть этот кирпич…
— Брошенный с крыши? — спросила Пэтти с легким смешком.
— Угу, — отозвался Дэнни.
Кабина остановилась, и дверцы распахнулись. Они пешком поднялись еще на полпролета лестницы и подошли к обитой оцинкованной жестью двери. Толкнув ее, оба оказались на горячей крыше, залитой гудроном, который чуть продавливали подошвы их обуви.
— Вот, — сказал Дэнни, указывая на что-то.
Пэтти увидела маленький дымоход, сложенный из красного кирпича. Они подошли к парапету и бегло осмотрели крыши соседних строений — на всех были расположены аналогичные красные дымоходы.
— Традиция, — пробормотал Дэнни.
— Точно, — согласилась Пэтти. — Здание может быть любого цвета, но дымоход обязательно должен быть красным.
Они подошли к дымоходу. Дэнни поднял руку и ощупал край кирпичной кладки. Кирпичи шатались. Он рванул на себя, и у него в ладони оказался красный кирпич. Он посмотрел на кирпич и уронил его на поверхность крыши, покрытую мягким гудроном. Но даже от соприкосновения со столь упругой поверхностью от кирпича отделилось облачко красноватой пыли — точно такой же, какую он обнаружил на одежде Аристоса.
Пэтти обогнула дымоход. — Смотри-ка, — хихикнула она. На верхнем ряду кладки недоставало одного кирпича.
— Что и требовалось доказать, — пробормотал Дэнни.
— Теперь можно не искать больше кирпич-убийцу. Он лежал здесь, это точно.
Шаги на лестнице были быстрые, легкие, однако близнецы все же услышали их и подошли к двери. Дэнни ухмыльнулся, Пэтти захихикала еще громче.
— Преступник возвращается на место преступления, — констатировала она.
Тяжелая, обитая оцинкованной жестью дверь распахнулась. За ней стоял мальчик лет семи, щурившийся от яркого солнечного света. Увидев близнецов, он заколебался, не решаясь ступить через порог.
В руках он держал красный кирпич.
— Подожди-ка минуточку, — сказал Дэнни. — Стой на месте.
— Подними ногу, — сказала Пэтти.
Мальчик стоял, чуть раскрыв рот и глазея на них. Затем он слегка приподнял одну ногу. Пэтти схватила ее и повернула подошвой вверх. — Смотри, — буркнула она.
На подошве его ботинка виднелся слой засохшего гудрона.
— Тот, кто нам нужен, — проговорил Дэнни.
— Я… я этого не делал, — пролепетал мальчик.
— Ну, конечно же, это ты сделал, — успокаивающе произнесла Пэтти. Она погладила ребенка по голове.
— К-как вы узнали? — спросил тот.
— Мы все знаем, — твердо проговорил Дэнни. — Мы вычислили это с "исключительной легкостью", как обычно пишут в дешевых журналах.
— Не бойся, — сказала Пэтти. — С тобой ничего не случится. Ведь ты же не хотел. Ты просто маленький мальчик и тебе нечего было делать, вот ты от нечего делать и вытащил этот кирпич, а потом бросил его вниз. Правильно?
Мальчишеская голова закивала.
— Не о чем здесь беспокоиться, — заметил Дэнни. — Разумеется, он был неплохим парнем и у него было неплохое дело с этими его бананами. Но люди скоро раскусили бы его трюк с продажей по тринадцать центов за связку и по двадцать семь за пару. Долго так продолжаться не могло.